Право быть русским даётся родителями, а не церковью!

На днях некий «всемирный русский народный собор» под председательством В.М. Гундяева (официальное именование в СМИ – «патриарх московский и всея Руси Кирилл») огласил бумажку под названием «декларация русской идентичности». В этом потоке пустозвонства всё-таки обращает на себя внимание особо претенциозный последний абзац:

«Русский — это человек, считающий себя русским; не имеющий иных этнических предпочтений; говорящий и думающий на русском языке; признающий православное христианство основой национальной духовной культуры; ощущающий солидарность с судьбой русского народа».

То есть РПЦ (точнее, действующий под её эгидой ВРНС) собирается проводить борьбу за очистку русского народа от всяких «не совсем русских» и не православных.

Если ты, например, имеешь, кроме русских, других этнических предков (украинцев, например), и, соответственно, не считаешь их этнически чуждыми себе, то ты не русский, согласно «соборному» определению.

Если ты считаешь, что, помимо «православного христианства» (словосочетание, по мнению многих, столь же абсурдное, как и «мормонское христианство»), русская «духовная» культура имеет множество основ (в том числе, славянское или финское язычество, к примеру), то ты тоже не русский.

Кажется, главпопы всерьёз настроены строить здесь «национальное русское» государство. Только они сами будут определять, кто русский, а кто нет. Производить освидетельствование на русскость. Ходишь на исповедь, а главное – остёгиваешь мзду попу, тогда ты «русский». Нет – «жёлтый билет» тебе.

Все мы, конечно, знаем, насколько РПЦ – «русская» организация. Так что всё это выглядело бы очень забавно, если бы не было так тревожно. Как-никак, сам глава АП почтил в этот раз ВРНС своим присутствием.

Целенаправленные попытки установить идеологическую монополию РПЦ МП продолжаются не первый год. В связи с этим я счёл уместным соединить здесь (с небольшими исправлениями и сокращениями) и републиковать две своих записи в блоге «Гайдпарк», сделанные мною ещё в 2012 году. На мой взгляд, их актуальность не иссякла.

***

Я – русский. Почему, по мнению некоторых, это автоматически должно означать, что я – православный?! В каком законе это прописано? Кто это сказал? Достоевский? Я считаю Достоевского посредственным писателем и никаким философом. Но даже если я в его отношении ошибаюсь (хотя это дело вкуса, а на вкус и цвет товарищей нет), почему его указания должны восприниматься как некий императив?

Бесценное право быть русским даётся мамой и папой, а не попáми! Тем более, что многие из них – не русские.

Конечно, такое право приобретается по факту не столько рождения, сколько воспитания. Воспитания в русской семье.

Нету прав и обязанностей более священных (думаю, что и РПЦ вряд ли станет это оспаривать), чем те, которые обусловливаются семейными узами!

Вообще, критерии принадлежности к русским не могут определяться ни с точки зрения космополитической идеологии (каковой является православие), ни с точки зрения многонациональной корпорации (каковой является РПЦ). Все такие попытки следует воспринимать как вторжение не в свою сферу компетенции. Но сейчас речь о другом.

РПЦ настойчиво старается превратить школу в свой эксклюзивный идеологический домен. Эти старания в последние годы увенчались заметным успехом. Во многих российских школах введены обязательные уроки «закона Божия» и обязательные молебны. А как это согласуется с правом на свободу совести (ст.28 Конституции РФ), запретом принуждения к выражению убеждений (ст.29)? Или дети не имеют этих прав, и им можно вдалбливать религиозные убеждения без их согласия и без спроса их родителей?

С какого перепугу кто-то решил, что поп лучше родителей объяснит ребёнку, что хорошо и что плохо? Нет, если этот кто-то думает, что сам он хуже попа может научить своего ребёнка добру и нравственности, пусть ведёт своё чадо к попу. Никто ведь не порицает за это. Но все не обязаны так думать и поступать. Что это за ювенальная полиция в рясах?!

Конечно, можно не обращать внимания на декларацию какой-то карманной организации РПЦ, назвавшей себя «русским собором», да ещё «народным», да ещё и «всемирным». Однако эта декларация – только один штришок в картине агрессивного клерикализма, который мы совершенно обоснованно можем воспринимать как угрозу нашим гражданским правам. Прежде всего – праву наших детей на получение нормального светского образования. Но и больше – нашему праву на свободу выражения убеждений.

Обратимся теперь к наиболее ярким историческим фактам, наглядно опровергающим представление, будто русскость тождественна православию.

Не стану апеллировать к незапамятным временам язычества и его наследию. Хотя необходимо отметить, что по меньшей мере до середины XVII столетия у русских сохранялся двойной именослов. Многие вполне «официально» носили народное славянское имя явно нехристианского происхождения. Воин, Образец, Малюта, Гневаш, Обида, Потеха – такие личные имена встречаются у депутатов Земского собора 1648/49 г., подписавших принятое на нём Уложение.

Но перейдём к более близким и понятным временам.

Кто из русских литераторов имеет значение для всемирной истории культуры? Вряд ли ошибусь, если назову только три имени: Достоевский, Л.Н. Толстой, Горький. Первый творил в русле православной традиции, два других с ней порвали. При этом из всех трёх Лев Толстой явно выделяется как более крупная величина.

Лично я, честно скажу, не восторге от его творчества (как и от двух остальных названных мною великих русских писателей). Но субъективные пристрастия – одно дело, объективные факты – совсем другое. Как бы лично ни относиться к Толстому, ясно, что для всего человечества Лев Толстой – одна из вершин русской литературы, мировая величина.

Как известно, Лев Толстой был отлучён от православной церкви. Отлучение не снято до сих пор.

В 2001 году Владимир Толстой, правнук писателя, обратился в московскую патриархию с ходатайством о снятии отлучения с Льва Николаевича. Тогдашний патриарх Алексий II дал публичный ответ на эту просьбу в одном интервью:

«Когда прошло 100 лет, разве можно принимать какое-то решение по этому поводу? Не Священный Синод его отлучил, а сам Лев Николаевич, написав “Моё евангелие” и некоторые произведения, которые были явно антиправославными, антихристианскими. Не можем мы сейчас пересматривать, потому что всё-таки пересматривать можно, если человек изменяет свою позицию».

А поскольку Лев Толстой давно умер и покаяться в своих «прегрешениях» перед чекистскими попами уже не может, то и отлучение снять нельзя. Такая «логика» РПЦ. То, что католическая церковь сделала для Галилея спустя 300 с лишним лет, РПЦ не может сделать для великого русского писателя спустя всего лишь 100 лет.

Таким образом, РПЦ сама себя отлучила и продолжает отлучать от одного из крупнейших феноменов русской культуры, имеющего мировое значение.

Вообще, никуда не деться от того факта, что русская цивилизация в её сугубо православном формате не оказала никакого воздействия на мировую. Православная Россия никогда никому не служила образцом для заимствования.

Особенно ярко этот факт проявляется в политической сфере. Никто не стремился перенять у России самодержавную монархию. Даже когда в конце XIX века русские войска освободили единоверных балканских славян, те приняли политическое устройство по западноевропейскому образцу.

Только с начала ХХ века политический опыт России стал оказывать влияние на политическую практику остального мира. А точнее – с 1917 года. После и благодаря революции. Причём сразу. Уже в 1918 году Советы рабочих депутатов стали возникать по всей Европе, а само русское слово «совет» в значении подлинно народной власти прочно вошло в языки всех народов мира.

Можно по-разному оценивать самих большевистских вождей и их поступки. Но факт – только в советский период Россия на какое-то время превратилась в мировую державу, а русских сделала народом всемирно-исторического значения, объектом восхищения и подражания для многих народов на планете. И это было достигнуто как раз таки публичным и яростным отрицанием православия как «основы духовной культуры».

Ныне любят подчёркивать, что Сталин в ходе Великой Отечественной войны был вынужден обратиться за помощью к церкви. Однако знаменитая встреча Сталина с иерархами состоялась только в сентябре 1943 года. То есть, уже после того, как произошёл окончательный перелом в ходе войны в пользу Советского Союза. В самые напряжённые моменты битв под Москвой и под Сталинградом советский вождь обращался отнюдь не к православной церкви, а к руководителям оборонной промышленности, военачальникам, да и западных союзников не забывал тормошить.

Про церковь Сталин, таким образом, вспомнил, когда самый тяжёлый период войны уже миновал. В годины бедствий религиозность населения всегда стихийно возрастает. И Сталин решил использовать это возросшее влияние церкви для укрепления собственной власти. К победе в Великой Отечественной войне это имело весьма отдалённое отношение.

Вообще, нельзя не отметить такой контраст. В Первой мировой войне, «когда была святая Русь» и были полковые батюшки, не было такого массового героизма русских солдат, как в Великую Отечественную. И исход обеих войн оказался совершенно различным.

Поэтому никак иначе, кроме стремления РПЦ идеологически эксплуатировать победу в ВОВ ради своих корпоративных выгод, нельзя расценить заявления, подобные этому:

«В рамках безбожного мировоззрения невозможно оправдать ни героизма, ни подвига, ни самопожертвования. И если на такой подвиг идут люди, которые не сознают себя религиозными, то это не означает, что их мотивация подвига лежит в плоскости материалистической. Это проявление некой скрытой, рудиментарной религиозности, которая входит в жизнь человека через воспитание, через привитые ему идеалы».

Это сказал В.М. Гундяев 28 августа 2011 года. По поводу такой «философии» вспоминается старинный народный анекдот про муху, сидевшую на рогах вола, впряжённого в плуг. Когда другая муха её спрашивает, что она делала, та отвечает: «Я пахала»…

Итак, пора делать выводы.

Выбрось из нашего культурно-исторического кода древнее язычество, отлучённого Льва Толстого, эпоху «богоборческого» большевизма с её трагедиями, мучительными переоценками ценностей, достижениями и победами – и русского не будет вовсе. Будь он хоть до мозга костей православным.

Поэтому попытки подменить православием весь разнообразный и многомерный русский культурно-исторический дискурс по меньшей мере вздорны, а в случае успеха приведут к ущербности русского национального сознания.

8431

Ещё от автора