Общество

Путин, ПЛП и павианы

Путин, ПЛП и павианы

Принимаясь за эти заметки, заглянул для начала в свою подборку новостей. И там, на одном из запрещенных ныне сайтов, первым бросился в глаза анонс на самом верху страницы: «Социологи, психологи, политологи ломают голову: что же с нами такое произошло, какой вирус на нас напал?».

Довлеет дневи злоба его... Недоумение и растерянность — общий настрой родственных умов. И таким ему, похоже, оставаться еще долго. Как отреагирует одна из сторон в «украинском многоугольнике» чем-нибудь на что-нибудь, тут и прольются бурным потоком новые, опять ничего не объясняющие по сути комментарии философов, политологов, социологов и...

Вот как раз психологи, теоретики и прикладники, — думаю, веское слово сказать смогли бы. Только почему-то до сих пор под их маркой попадались исключительно такие шедевры «осмысления». Настоящие специалисты, возможно, всё еще в шоке.

Точно так, когда дошло наконец, целую неделю не мог опомниться и я: не дипломированный психолог, но в прошлом пиарщик-практик с десятилетним стажем. Если б оставался в действующей когорте, надо думать, сообразил бы гораздо скорей.

Социологам с политологами (я не о тех, разумеется, кто не столько переквалифицировался, сколь «недоквалифицировался» из бывших преподов научного коммунизма) мой инструментарий не то, что совсем неведом или не нужен. Просто берутся за него редко, в особых случаях; вдобавок не имея общепризнанных и апробированных научных методик для исследований подобного рода. «Тайное знание» по большей части пылится в дальних углах профессиональных мастерских.

Предлагаю «сменить оптику»; перенастроить познавательный аппарат, скажем так, на уровень ниже. Туда, где обретаются, во-первых, древнейшие архетипы сознания (а еще глубже под ними — инстинктивные поведенческие программы высших млекопитающих), во-вторых, биохимические реакции на стимулы. Дотронуться до явлений, лучше всего знакомых «по должности» этологам и нейрофизиологам.

Фаны и профаны

Заранее оговорюсь: ежели угодно кому заподозрить в авторе очередного фаната катастрофизма, свихнувшегося на «зомбировании психики», — ограничьтесь прочтением нижеследующей цитаты из Википедии и после со спокойной совестью кликайте выход.

Нейролингвистическое программирование (НЛП) — направление в психотерапии и практической психологии, не признаваемое академическим сообществом, основано на технике моделирования вербального и невербального поведения людей и наборе связей между формами речи, движением глаз, тела и памятью...

НЛП иногда классифицируется как паранаучное направление. Существует ряд исследований эффективности НЛП с положительным результатом, однако бóльшая часть научных экспериментов говорят о неэффективности методик НЛП и отсутствии у них научного обоснования. Некоторые критики выражают сомнения в этичности применения НЛП. Научные обзоры показывают, что НЛП содержит ряд фактических ошибок и не дает тех результатов, о которых заявляют сторонники данного направления. Критики обращают внимание не только на отсутствие достоверных экспериментальных подтверждений эффективности НЛП, но и на характерные псевдонаучные черты, присутствующие в концепциях данного направления, его названии и применяемой терминологии. Ряд исследователей, анализировавших факторы мошенничества в областях медицины, психологии и психиатрии, перечисляют НЛП среди наиболее дискредитированных практик.

Если не пропал интерес к выводам из моей практики, тогда милости прошу. Тем более, ни о каких излучателях пси-волн на чердаке вкупе с «шестыми» и тридесятыми чувствами я толковать вовсе не собираюсь. В реальности чудо-оружие лишь одно, и им — коммуникативными средствами родного языка — владеет с большим или меньшим умением почти каждый человек, начиная приблизительно с трехлетнего возраста.

Только оружие это далеко не абсолютно, как привыкли думать дилетанты, перебравшие ненаучно-фантастических опусов. Всевозможных ограничителей у него едва ли не больше, чем допусков. Например, представления, будто искусник НЛП или, как здесь чаще выражаются, ПЛП (психолингвистического программирования) умеет «в пять минут любую девушку уговорить», — пошлый бред сексуально озабоченных. Вот как раз к девушкам (друзьям, родным и т.п.) настоящие мастера свой арсенал никогда не применяют: им-то хорошо известно, что любая серьезная личностная заинтересованность в объекте манипуляций — вернейший способ провалить миссию. Если же подобный интерес в игру не входит, тогда к чему заколачивать микроскопом гвоздики банального либидо? Хватит обычных приманок соблазнителя.

Непросто бывает «обольстить» человека, который по тем или иным причинам слабо подвержен внушению как таковому — скажем, постоянно и жестко настраивает себя на критическое осмысление любой информации. (Для ясности замечу: полнейшая, стопроцентная невнушаемость — явный признак душевного нездоровья.) Лучше всего, если еще до контакта его собственный настрой хотя бы частично совпадал с вашими целями. В бытовом обиходе такая ситуация называется «понять друг друга с полуслова».

Именно ее стараются зафиксировать при вербовке сотрудников пиаровские «смежники»: агенты спецслужб или агенты влияния. Но техника их в целом примитивнее, поскольку на этом поле больше выгод приносит работа с индивидами, а не с диверсифицированными множествами. И по-настоящему важные решения, например, касательно объявленных санкций, принимают единицы. Никогда Маргарите Симоньян, при всем ее немалом обаянии, не устроить революцию в Америке. Причин множество; первая и главная — ни она, ни ее аудитория, изряднопорядочные стада озабоченных граждан, ни даже сам Владимир Владимирович не представляют себе, как эта штука должна выглядеть и для чего она вообще может понадобиться. Разве что, воспользовавшись заварухой, отобрать назад наш исконный штат Аляску? На эту тему пока высказался со всей определенностью только представитель РФ при Совете Европы в палате № 6...

И практически безнадежно пытаться воздействовать средствами ПЛП на тех, кто заведомо отвергает вас вместе со всем, что бы от вас ни исходило. Однако и эту преграду нельзя назвать непреодолимой. Правда, так никогда не работал ни я, да и ни один из коллег в «лихие девяностые». До недавнего времени в РФ за это вообще никто не брался, не считая пары дохленьких маргинальных попыток, которые даже и ПЛП не назовешь — какие уж программеры из товарищей-геноссен!

Для нас это было абсолютное табу. В основном потому, должен сказать, и провалились по всем статьям планы либералов-западников, которые (как свято верят озабоченные граждане на нашей стороне), получив на руки все козыри, что-то там такое «плохо разъясняли». Не позаботились, в общем, а поленились всё объяснить народу хорошо и правильно. Спасовали, короче, при трех тузах.

Но вот предохранители сняты; моральные запреты обрушены. Сокрушительная победа налицо.

Пробуждение зверя

Первое правило пиарщика: нет нужды вникать во все глубины теорий о подсознательном, сопоставляя научные школы и подходы, сколько их появилось со времен Платона. А то еще начнешь, как та сороконожка из байки, путаться в собственных шагах и завалишь дело. Важно помнить, что в структурах мозга — говоря условно, в «подкорке» (это одно из известных упрощений Фрейда, а именно старину Зигмунда мы по умолчанию берем за первооснову), имеются некоторые «хитрые кнопочки». Раздражая их, в том числе с помощью косвенных речевых стимулов, можно вызывать инстинктивные, эмоциональные, «неосознанные» действия.

Из виднейших философов прошлого века не найти, кажется, ни одного, кто бы не оттоптался так или иначе на фрейдовских промашках. Наш же брат пиарщик, если в чем может упрекнуть гуру, так только в зацикленности на двух лишь кнопках: Эрос и Танатос. То есть, переводя на «рога и копыта», инстинкты сохранения вида и самосохранения (или, наоборот, устранения) особей. А ведь сколько еще интересного найдется — пищевой инстинкт, территориальный, правила конкуренции внутри группы и групп одного вида меж собой, детско-родительские отношения... долго можно перечислять.

Около 40 лет назад знаменитый английский биолог-эволюционист Ричард Докинз описал феномен «мемов» — элементарных единиц социальной информации в любых доступных нашему восприятию формах. Они в теории Докинза соответствуют аналогичным носителям информации биологической — генам. И нередко, как видим, перекрываются частично или полностью.

Возьмем для примера такой популярный визуальный мем, как «котик». Внешние признаки Няшного Котика™ — скромные размеры, округлые формы тела, нежная шерстка, не слишком длинные лапы и хвост, мордашка без сильно выступающих частей, с аккуратными ушками и большими ясными глазами. Особых симпатий к кошачьему племени человеческая генетика вовсе не предусматривает — скорей уж, наоборот. Тогда чем они нам так милы? Тем, что этот типаж автоматически включает «нижний уровень», универсальную родительскую программу млекопитающих: вот беспомощный детеныш, защити и обогрей!

Если же котик не совсем няшный: чересчур велик, угловат или лохмат, или смотрит сердито, — перед нами другой важный мем, тоже с выходом на гены. «Карманный леопард» (именно пантеры были главным ужасом, самыми опасными врагами древнейших африканских предков рода Homo). А такого зверя бояться нечего, над ним можно запросто подшутить по-дружески, при желании и показать свое превосходство, отделавшись в худшем случае парой царапин. Не загрызет, чай. Потому-то малышей, чей разум еще глубоко погружен в первичный океан инстинктов, так и тянет потаскать кошку за хвост.

Теперь предлагаю взглянуть в этом ракурсе на гениальный деструктивно-защитный «полимем» — цепочку, составленную из чеканных поэтических строф. Стихотворение Константина Симонова «Убей его». Воспроизводить текст здесь ни к чему: в Сети выложены сотни, если не тысячи копий. Некоторые озаглавлены «Если дорог тебе твой дом», а слово «немец» заменено «фашистом»: это поработала советская цензура по окончании войны.

Попробуйте разбить его на мем-группы по три четверостишия (последнюю тройку можно исключить) и затем определить, к какому из основных инстинктов ведет каждая. Подсказка может понадобиться, да и то не обязательно, лишь в одном случае: образы брата и соседа — это символы внутригрупповой иерархии. Если защитить прайд удастся им, а не тебе, значит, они и есть альфа-самцы, а ты несчастный лузер; как выражаются этологи, субдоминант забитый.

Вряд ли, однако, наш «Тиртей двадцатого века», далеко превзошедший античные образцы, когда-либо сознательно планировал эти стороны своего дела: просто он, как всякий большой художник, обладал выдающимся коммуникативным чутьем.

Вот в этой узенькой «протоке» меж культурными мемами и инстинктами мы в основном и работали в «лихие девяностые». Лишь слегка, словно касаниями беличьей кисточки, щекоча порой опасную подложку.

Путинские умельцы вербовочных дел приступили к ней с отбойным молотком.

Разрушение связей

Вообще-то, «все они делают это» уж которое тысячелетие подряд. При Гитлере и при Сталине, при великом Хаммурапи и Рамсесе II, которые наврали потомкам с три короба о победах над врагами. Древние владыки в некотором смысле оказались даже более успешными: хоть в их мире еще не появились СМИ, но и не было нигде независимой аналитики, способной передать достоверные сведения.

Только к 2005-му — тот год, старт безостановочного празднования круглых, полукруглых и любых прочих дат Великой Победы, уже сегодня плавно переходящего в 70-летие, я считаю началом идущей ныне кампании, — создатели ложного мема взрывной силы имели в своем распоряжении движущуюся цветную картинку на иностранной (!) до последнего чипа технике Hi-Fi, которую могут одновременно смотреть десятки миллионов подданных. Ни газеты, ни радио, ни появившиеся в «космическую эру» черно-белые экранчики размером чуть больше папиросной пачки и с огромной приставной линзой-увеличителем не могли дать сколь-нибудь сравнимого эффекта. Кино и митинги с факельными шествиями — это, что называется, ближе к телу, но и их возможности воздействия ограничены.

Почему именно картинка так важна, а не печатное слово или звуки живой речи? Да потому, что основной инстинкт «не думает словами». А переработка вербальной информации в «мыслеобразы» требует определенных усилий. И то при условии, что адресат не просто умеет бегло читать — с этим у многих проблемы, но обладает достаточным словарным запасом. Что в принципе нежелательно, так как создает лишние помехи задаче.

И вот видит телезритель: звероподобное мужичьё в камуфляже размазывает по стенке убогого старикана. Люди добрые, что творится? Тут вступает проникновенный голос за кадром: «во Львове... бандеровские молодчики... ветерана Великой... ФАШИЗМ!» Неважно, что в реале старик запросто мог оказаться пенсионером из Рязани, посмевшим возмутиться коммунальными тарифами, а его преследователи — русскими же омоновцами. Тут, как говорится, Спинозой быть не надо. Даже не рекомендуется категорически. Главное, не прошляпить какую-нибудь досадную занозу вроде трех с половиной малолитражек у польской границы, которые увозят сотни тысяч беженцев с Украины в объятия русских братьев. Да и то с гуся вода.

А мы-то прежде по наивности пересказывали друг дружке — мол, им в настоящем похвалиться нечем, вот и вцепляются в прошлое тупо, до судорог...

Тему ветеранов, раздутую вроде как совершенно непомерно по сравнению с их исчезающе малым числом, а главное, с реальными, не нарисованными заботами об их благополучии, раскрыл задолго до «великого кина о великой войне» Виктор Дольник в популярных лекциях по этологии. Иллюстрацию, надо заметить, подобрал с большим смыслом: иерархия в стаде собакоголовых обезьян почти в точности соответствует нашей армейской:

Единственная радость у стариков-павианов — это дети среднего возраста (здесь: уже отнятые от груди, но еще не достигшие «общественной» зрелости. — М.Г.). Пока павиан поднимался вверх по иерархической лестнице, они его не интересовали... Но теперь в нем пробуждается врожденная программа учить их жизни. Окруженный восторженно взирающими на него детенышами (такой страшный для всех и такой добрый для них!), он показывает, как рыться в земле, раздирать гнилые пни, докапываться до воды и делать многое другое, чему его учили в детстве и что постиг сам за долгую и удачную жизнь.

И следом пояснил:

Программа на склоне лет поучать молодежь сидит и в нас, очень нужная программа. Беда лишь в том, что павианы живут в повторяющемся мире вечных истин, а мы — в быстро меняющемся...

В самом деле, чему может сегодня научить 87-летний фронтовик (самый младший призывной контингент Второй мировой) 20-летнего внука? Стойко переносить все тяготы и лишения бессрочной службы, не щадя своей крови и самой жизни? Ну... предположим. Горячо любить великую Родину-Мать? Еще краше; только которую? Ясно, не ту, что «в бой, за Абрамовича!» (© А.Пионтковский). А вот ту самую как раз, которая зовет отбивать у гнилой фашистской нечисти наш Крым. Пускай даже не покидая дивана с телевизором, так еще сильней заводит. Да и деду, в отличие от обезьяньего наставника, уже явно не хватит сил показать с должной наглядностью, скажем, приемы рукопашного боя.

Одряхлевший бабуин воспитывает молодняк, повинуясь одному лишь зову природы, без оглядки на статусные игры более ушлых и деятельных особей. А как станет невмочь — рвется первым встретить своими стертыми клыками атаку леопарда. И быстро, без мучений погибает в неравной схватке. Враг сыт, зато внучата целы.

Почувствуйте, как говорится, разницу...

Теперь, надеюсь, читатели ясней поймут, отчего остаются бесплодными все усилия убедить массу сограждан, что, к примеру, от захвата чужого полуострова им не сделается лучше, а наоборот, только хуже. Два канала мышления не пересекаются никак и ни в чем: в одном из них стремление к независимому разуму, в другом — территориальный, пищевой да еще кое-как, наспех выцарапанный наружу родственный инстинкт.

Разумность, по крайней мере в свойственном нам понимании, у животных отсутствует. Они лишены прежде всего дара абстрактного мышления: многие способны запоминать и усваивать: «так-то и так-то уже случалось», но не могут представить: «завтра возможно, произойдет то-то и то-то».

Никакого «зова свободы», вопреки расхожим представлениям, тоже не существует. Если животное, попав в неволю, хворает, умирает или всего только не желает спариваться, — значит, ему люди не создали условий для выполнения природных поведенческих программ. Либо рацион неподходящий (так, когда в Англии стали появляться первые зверинцы, некие мудрецы вообразили, будто тропическому зверью в прохладном климате здорово помогут ежедневные дозы выпивки: слону — ведро грога, орангутану — кружечка кларета и так далее... не напомнит, кстати, ничего?). Либо клетка, которую «обездоленные» закономерно воспринимают как собственную территорию, свободную от чужаков, чересчур мала для совместной жизни и воспитания потомства. Стоит устранить неудобства, и тут же «несчастные пленники» расцветают, словно по волшебству.

Наше единственное отличие от всех прочих родственных четвероногих люди религиозные называют бессмертной душой, нередко также артикулируют как «образ Божий в человеке». Что ж, философской концепции божественной личности мемы абсолютного Разума и абсолютной Свободы подходят вполне. Но попробовал бы кто произнести: «Бог — абсолютное животное»? Атеисты на смех поднимут, верующие могут и камнями побить. А то еще сам откусит язык.

У моих коллег Юрия Нестеренко и Алексея Широпаева, у подруги Леры Новодворской излюбленный знаковый образ России — толкиновский Мордор. Мне же вспомнился на днях цикл романов американского фантаста, может быть, не настолько культового, но также весьма известного под именем Роберт Джордан. «Колесо Времени»; край ойкумены, который живущие прозвали Великим Запустением.

Гниющая земля, испоганенная дыханием Темного, где убивает всё. Где всё меняется, стоит лишь отойти на несколько шагов...

Мордор выглядит, как бы сказать — более упорядоченно, что ли. Энтропия в нем не тотальна, на каждом шагу встречаются вполне себе живые существа: например, харадримцы со своими мумаками (как можно понять по книге, обыкновенными слониками, а не монстрами из фильма) шастают туда-сюда, не рискуя в следующий миг обернуться радиоактивным пеплом. Всё равно что какая-нибудь Никарагуа в сравнении с Гаити, страной пустошей, колдунов вуду... и зомби, наверное.

* * *

О том, какими приемами путинский пиар пытается воздействовать на «пока не охваченных», но колеблющихся; кто и как этим заправляет, а главное, какие страсти могут терзать главного вербовщика страны и с чего вдруг именно сейчас (они в моем представлении также не совпадают с общепринятыми версиями в духе «имперского менталитета»), — постараюсь рассказать в следующей статье.

15 268

Читайте также

Общество
Без страха и запрета

Без страха и запрета

Нас окружают запреты. Запреты являются главной функцией государства, важной функцией религии и священной обязанностью гражданина (у каждого ведь обязательно есть мнение - чего бы еще такого запретить). Наиболее волнующими умы объектами запретов являются оружие, наркотики и сексуальные услуги.

Михаил Пожарский
Злоба дня
Телефашизм

Телефашизм

Тема злоупотребления телепропагандой — это отдельная очень большая тема. Это инновационное преступление, которое ещё предстоит квалифицировать. Заметили, что украинские войска, когда освобождают населенный пункт, то первым делом берут телевышку, причём иногда любой ценой? Происходит это потому, что 95% людей верят всему, что они видят и слышат по ТВ. ТВ-пропаганда — это настоящее оружие массового поражения.

Кот Котофеевич
Общество
Клиника, крымнаш и кризис

Клиника, крымнаш и кризис

Сам по себе климакс, разумеется, не заразен. Но вызванные им болезненные проявления могут, подобно многим психозам, становиться массовыми, как бы наведенными. Все участники саморазрушительного процесса словно соревнуются и заводят друг друга в стремлении влиться в общий поток «модельной» невменяемости. При этом, чем ближе к верхам – тем выше градус всепобеждающего абсурда. И уже можно нести вслух любую рефлекторную околесицу, и не стыдно ничего. Потому что Сам – такой.

Михаил Глобачев