Литература

Сакральный Рио, или Если бы португальцы были россиянами

Сакральный Рио, или Если бы португальцы были россиянами

После первой в своей истории победы на чемпионате Европы по футболу вся Португалия стояла на ушах. Уличная вакханалия была даже круче, чем в России двухлетней давности, когда там выиграли свою зимнюю Олимпиаду.

Но президент Пунтуш понимал, что такой патриотический подъем надо реализовать не слабее.

Он созвал членов Совета безопасности и объявил:

— Господа, в сложившейся ситуации мы должны приступить к работе по возвращению Рио в состав нашей страны!

По всем телеканалам немедленно началась массированная и круглосуточная пропагандистская обработка населения.

Португальцам внушали, что Рио де Жанейро — это исконно португальский город, до этого там не было ничего вообще. Лишь в 19 веке его захватили бразильские сепаратисты. Тогда сын Педру предал своего отца, португальского короля Дон Жуана и провозгласил независимость Бразилии.

На самом деле, эта независимость была незаконной. Как известно, Бразилия — это вообще не страна, а лоскутное одеяло, сшитое из разных колоний. И даже их язык — это сильно искаженный диалект португальского. Скорее всего, он был создан ЦРУ для того, чтобы расколоть единый Португальский мир.

А Рио — это исторический город славы португальских моряков. Разве можно допустить, чтобы в нем однажды высадились проклятые янки?

Но эту чудовищную перспективу удалось сорвать! Однажды жители Рио проснулись, обнаружив, что их город контролируется неопознанными вооруженными людьми в зеленой форме. Сначала они представлялись местной самообороной, но их классический португальский акцент был довольно непривычен для уроженцев здешних мест.

Потом выяснилось, что они принесли в город свободу от окружающих его бразильских фашистов. Вскоре освободители оцепили город колючей проволокой и заявили о намерении провести референдум о его присоединении к Португалии.

Жители Рио не ожидали таких стремительных событий. Кроме того, вскоре выяснилось, что город получал все электричество, продовольствие и даже пресную воду из фашистской Бразилии. А освободители обрубили все поставки. Город постепенно погружался во мрак, гопники вылезли из своих фавел, громя на радостях винные лавки...

Кризис вновь удалось погасить массированной пропагандой. Жителям Рио настойчиво внушали, что все это — временные трудности, неизбежные при освобождении. На самом деле, скоро будет построен мост из Рио до Лиссабона — и по нему приедет все необходимое для жизни, а также толпы португальских туристов. А то вы тут прозябали как в колонии — но теперь станете неотъемлемой частью Великой Португалии!

Эта пропаганда убедила многих горожан и они охотно проголосовали на референдуме за возвращение в родную гавань. А чтобы кто-то случайно не ошибся, за голосованием вежливо наблюдали те же зеленые люди с автоматами.

Праздновали долго. Провели даже внеочередной карнавал. Правда, теперь его велели проводить не в туземных, а в исконно португальских традициях. Больше портвейна!

Местную футбольную команду также приехали поднимать с колен португальские тренеры. Никаких бразильских фашистов в клубы больше не брали.

Правда, против воссоединения Рио де Жанейро с Родиной возражали местные индейские племена. Пришлось объявить их экстремистами и сепаратистами, возбудив против их вождей несколько уголовных дел за призывы к нарушению территориальной целостности Португалии.

Но все же это воссоединение нуждалось в глубоком концептуальном обосновании. И его предложила одна известная лиссабонская геополитическая школа.

Как следовало из ее теории, Рио было необходимо вернуть в Португалию, потому что этот город сам являлся для нее духовным истоком. Дело в том, что в начале 19 века, опасаясь наполеоновского нашествия, весь португальский королевский двор на несколько лет перебрался из Европы в Рио де Жанейро. Это был уникальный случай в мировой истории.

Но за эти годы там и произошло крещение Португалии. Именно поэтому Рио является неотъемлемым сакральным центром империи. И более того — именно такое понимание истории является истинным и ключевым, весь мир вращается вокруг него.

Эта геополитическая теория получила название «портумессианство» и стала официальной при президенте Пунтуше. А главным ее врагом является англосаксонский атлантизм, который до сих пор твердит о какой-то «аннексии Рио». Но между ними близится финальная эсхатологическая битва!

Такое противостояние, конечно, предусматривает острую борьбу символов. Например, известная религиозная статуя, стоящая ныне в Рио, сторонникам Портумессианской империи представляется чрезмерно благодушной. И недавно известный португальский скульптор ди Серетела предложил заменить ее более высокой и с более суровым взглядом. Несмотря на постоянное закручивание духовных скреп, такого рода дискуссии в империи пока еще позволяются...

6 030
Вадим Штепа

Читайте также

Путешествия
Москва-Крым

Москва-Крым

Путешествие, как известно, начинается с чемодана и вокзала. Конец августа, утро. Мы с женой садимся на Курском в поезд «Тургенев». Расположились, попили чайку из стаканов в традиционных железнодорожных подстаканниках, и не успели оглянуться, как уже перемахнули Оку — средневековый рубеж Московии, за которым начиналось Дикое поле.

Алексей Широпаев
Политика
Португалия издалека и вблизи

Португалия издалека и вблизи

Понять причины и своеобразие португальских нравов и, в частности, ее левизны, трудно без ее недавнего прошлого. Без такого феномена новейшей истории, как Антониу де Салазар. Его имя обычно фигурирует в одном ряду со Сталиным, Гитлером, Муссолини и Франко. Его режим часто классифицируют как фашистский. Отчасти в этом есть резон, поскольку с перечисленными тираниями португальский вариант роднит целый ряд признаков: единовластие, репрессии, корпоративное устройство «Нового государства» (Estado de Nova). Однако даже в сравнении с режимом Франко самая долголетняя диктатура Салазара отличалась мягкостью во многих отношениях.

Владимир Скрипов
Литература
Рабовладельцы

Рабовладельцы

Они были единственной в известной части Галактики цивилизацией межзвездного уровня, сохраняющей рабство. Рабство в самом прямом и буквальном смысле — право собственности на полноценных разумных существ, ничем принципиально не отличающихся от своих хозяев. Узаконенное и массово распространенное.

Юрий Нестеренко