Злоба дня

Российский конец света

Российский конец света

Блогосфера о «выборах», во сне и наяву.

Российский конец света!

Дмитрий Анатольевич обещал выделить 180 миллиардов рублей на строительство тоннеля в конец света.

Усы Пескова

Российские выборы ...

От моей приятельницы регулярно уходит муж. Уходит, говорит ей кучу плохих вещей, гадостей, унижает, предает в тяжелые моменты, совершает поступки не человека, а дерьма. А потом всегда возвращается. И она звонит мне и говорит: а мы снова сошлись, обо всем поговорили, и вернулись.
Не помню, после какого точно повтора этой истории я больше не переживаю за нее, не спрашиваю как у них дела и не даю советы, даже мысленные.
Ведь это тот самый случай, когда каждый получает, что хочет.
Вот примерно, как с выборами этими.

Ania Panova

Явлинский и Касьянов должны уйти из политики!

Что такое гражданское общество?
Итоги выборов ясны. Явка низкая, люди не захотели голосовать за так называемых «демократических» кандидатов.
Можно назвать сотню объективных и субъективных причин почему так произошло, но один из итогов обязан быть таким: Явлинский и Касьянов должны уйти из политики.
Не на выборы президента должен идти Явлинский, а на пенсию. Не в выборах должен участвовать Касьянов, а писать мемуары как он чудно работал премьером в начале нулевых под руководством Путина.
Им должно быть стыдно заниматься публичной политикой. Они должны понимать, что никого не представляют, что к ним относятся как к самовлюбленным политическим импотентам. Если мы (люди, голосующие за европейский путь развития России) не сможем заставить уйти из политики этих двух павлинов, то мы не сможем и всего остального.
Извините, если кого расстроил...)

востров вадим

Пришло время радикализации!

Можно смело поздравить партию Единая Россия, Владимира Владимировича и Дмитрия Анатольевича лично с сокрушительной победой над самими собой! А вот теперь, всем всё стало окончательно понятно, для этого людей и стоило призывать к избирательным урнам. Всё идёт по плану, крах остатков иллюзий гражданского общества того стоил. Теперь про «бесценный опыт» и «конституционную смену власти хотя-бы к 2088 году» будут рассказывать только две категории граждан: придурки и провокаторы. Дальше будет только радикализация и это хорошо! В этом и есть главная заслуга результатов этих выборов, власти сами уничтожили мост за спинами либеральных мирных мямлей легалистов, предложив: «сражаться или умереть». Если люди не понимают иначе, то их стоит припереть к стенке, кто не понял в 2011, тот поймёт, спасибо Рамзану Ахматовичу за ценные афоризмы!

Антон Громов

Назад в КПСС!

Не выдержал, замучила совесть. Всё-таки съездил и проголосовал. На участке из голосующих (из тех, кого я застал) — всем за 50 лет. В избирательной комиссии — вообще одни старики. Один из них сидит со значком КПСС. По факту люди, которых через 10-15 лет не будет на этом свете, решают, каким будет этот свет для моих ещё не родившихся детей. И глядя на эту орду, детей как-то и не хочется, чего уж там.

Евгений Левкович

«Потому-то наш политический ландшафт кондовее и не испорчен рефлексией»

Убежденный конформист как зеркало русской смуты. Когда это было? Кажется, в середине 70-ых — нам с друзьями удалось посмотреть знаменитого «Конформиста» Бертолуччи. Мы шли по вечернему, полутемному Невскому, тогда вовсе не блещущему огнями, и говорили, захлебываясь эмоциями. Нет, ни за что, лучше умереть сразу, чем прожить такую жалкую жизнь, как герой фильма — Марчелло Клеричи — недоделанный фашист. Даже не фашист, а так, не поймешь кто, мокрица какая-то. Одно слово — конформист. Мы понимали уже тогда, что это не только про Италию времен Муссолини. Это и про нашу страну, и про наших людей. Но не про нас — мы другие, наше поколение всю эту гадость выблюет.
И вот через сорок лет мне вдруг захотелось пересмотреть этот фильм. Не знаю почему. Вообще-то я не такой уж любитель кинематографа, больше на книжки привык налегать. Но тут потянуло. Может быть, из-за того, что выборы на носу? Скачал в интернете и... сразу понял, почему меня так тянуло к этой старой ленте.
Не выблевало наше поколение, «не шмогло», более того — стало еще конформнее. Или сделало еще один шаг к пропасти. Потому, что общество конформистов может сорваться в любой штопор, заболеть любым безумием, если им заражены лидеры и законодатели мод.
Это кажется парадоксальным, ведь конформист, по общему мнению — конечно, приспособленец, но человек себе на уме, рационалист и прагматик. Он может прикидываться приверженцем любой идеологии лишь до тех пор, пока ему это выгодно. Ни в огонь, ни в воду за убеждения конформист не пойдет. И влиянию тоталитарных идеологий он не подвержен. Увы, двадцатый век показал, что подвержен, еще как подвержен. Оказалось, что среди конформистов есть разные подвиды: рациональный и интуитивный, корыстный и бессребренник, наконец — «конформист пассивный» и «конформист пламенный».
Из банальных аксиом не всегда следуют банальные выводы. Конформизм — одно из основных свойств человеческой психики — это банальное утверждение. Как и то, что все вменяемые люди в той или иной степени конформны. Различия в степени зависимости от окружения и в характеристиках референтных групп, то есть, в том, на кого именно человек ориентирован. Как говорится: кому поп, кому попадья, а кому попова дочка.
Так вот, если «попадья» обладает харизмой и бешеным темпераментом, то вокруг нее обязательно сгруппируются «пламенные конформисты», готовые жечь своих оппонентов, как глаголом, так и коктейлем Молотова. Причем, готовность жечь, и даже гореть самому, вовсе не обязательно говорит о наличии у человека твердых убеждений. Это может быть лишь свидетельством его впечатлительности и внушаемости.
Далеко не все позавчерашние коммунисты, плавно перешедшие в лагерь «бройлерных» демократов (которые внезапно откуда-то и быстро выросли) и мигрировавшие затем на просторы государственно-патриотической идеологии, совершали эти головокружительные сальто из прагматических соображений. Многие, но не все. Некоторые (и я немало таких людей знаю) в каждой их своих ипостасей были совершенно искренни. Встречались среди них и такие, кто ради своих (постоянно меняющихся) убеждений готов был хоть на костер взойти. Лишь бы на миру. Лишь бы под овации.
Но если так, то это свидетельствует не столько о сильном патриотизме, сколько о внушаемости, в основе которой лежит конформизм. На этом фундаменте и держится традиционно российская власть.
А оппозиция?
Когда-то, в самом начале 90-ых, мне случилось побывать на выступлении заезжего американского проповедника. Несмотря на то, что он пользовался услугами переводчика, речь его имела огромный успех: все было расписано, как по нотам — каждая интонация, каждое слово, каждый звук. Складывалось впечатление, что ты находишься внутри хорошо отлаженной машины, которая чисто технологически запрограммирована на твою переварку. Такие же чувства, судя по лицам тех, кто встал и покинул зал, возникли еще кое у кого. У меньшинства. Большинство подчинилось.
Удивительно, но точно такое же ощущение возникло у меня пару лет назад на одном из оппозиционных митингов — тщательно отрепетированный спектакль, хорошо отлаженная машина. Что же в этом плохого, спросите вы? На аналогичных технологиях работают самые успешные демократии мира.
Не спорю, работают. Но у Запада есть незаметные для внешнего наблюдателя, но незыблемые основы. А еще у них за спиной лет семьсот университетской культуры. А это не вытравишь.
У них даже абсолютное зло более изыскано, как у Бертолуччи или Кавани («Ночной портье»). Для столь утонченного зла нужно иметь за спиной все «излишества» европейской цивилизации. Потому-то наш политический ландшафт кондовее и не испорчен рефлексией. Не отягощенный эстетскими изысками, российский политикум накидывает на себя любую модную одежду и накрывается удобным зонтиком. «Как распознать фальшивку» ? — спросите вы. Проще всего по голосу. Если услышите, что кто-то по поводу и без повода начинает орать «Отечество в опасности», «Фашизм не пройдет», или «Все на борьбу с коррупцией» — да неважно что, любой абсолют — значит, эта зараза мимо него действительно не прошла, зацепила.
Абсолютная открытость для манипуляторов.
Западным человеком тоже можно манипулировать, но до известного предела. Есть ли такие пределы у нас? Наверное, есть, но пока мы их только нащупываем.
Это я все к тому, что на этих выборах о партийных симпатиях для меня и речи быть не может. Симпатичные кандидаты есть, и поддержки они более чем заслуживают, а вот все партии представляются мне серийным машинами для манипуляции, глубоко чуждыми. Как говаривал некогда Сенека: Все у нас, Луцилий, чужое, одно лишь время наше.
Впрочем, и времени у нашего поколения остается все меньше. Надо спешить передать следующим за нами свой опыт. Пусть и негативный, во многом. Отрицательный результат это тоже результат.
Для начала хотя бы так: сами и только сами, иначе опять попадем в круговорот дутых лидеров и мнимых вождей.
А там видно будет.

Илья Константинов

«Смело шлите нахуй интеллигенцию»

Смешно читать сентенции прогрессивной общественности (кажется, именно так, с ерничающей интонацией сейчас называют тех, кому собираются возразить) о важности придти на выборы и проголосовать. Отдать голос за будущее страны, проявить гражданскую ответственность, «сделать выбор, чтобы его не сделали за вас» (мое любимое), принять участие в развитии, повлиять на курс, курс-шмурс — широк набор копирайтерских штампов, которыми оперирует пропагандистская риторика.
Нет, разумеется, в системе координат мотиваций участников процесса все понятно. Истеблишменту явка необходима в качестве моральной легимитизации собственной власти, а для разношерстных оппозиционных активистов (кандидатов, журналистов) это естественная часть рабочего процесса — «Как вожделенно жаждет век нащупать брешь у нас в цепочке, возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке» — и все из этой серии.
Проблема не в том, что участие в выборах в РФ — это игра с шулерами, способными в любой момент поменять правила, смахнуть фигуры, дать доской по голове, а то и вовсе пырнуть под ребро. И проблема не в общем уровне оппозиционных кандидатов, условной Бароновой — неприятной карьеристки, стремящейся реализоваться на почве оппозиционного активизма, девицы, собравшей в себе почти все качества, за которые мы не долюбливаем российского демократического функционера. Проблема не в том, что состав Государственной Думы не имеет значения, потому что в стране уничтожен институт парламентизма как таковой. И, шире, проблема даже не в том, что с точки зрения дистилированной рациональности час личного времени, который вы проинвестируете в так называемое голосование, не окупится в течение всей жизни.
В рамках избирательной кампании мы постоянно слышим про важность выбора, и выбор действительно важен. Только этот выбор не имеет ничего общего с опускаемой в корзину бумажкой, партийными списками, одномандатными округами или «будущим страны». Действительно важные перемены в России, способные оказать прямое влияние на вашу жизнь (новая Перестройка или, наоборот, следующий этап иранизации), произойдут не в результате народного волеизъявления.
Проблема же (или, если хотите, наборот, хорошая новость) заключается в том, что жизнь состоит из решений и их последствий, и эти ВЫБОРЫ — дороги, которые мы выбираем — действительно значат очень много. Что важно для индивидуального блага — материального, личностного, духовного?
Высокая конкурентноспособность на глобальном рынке труда. Знания, интеллект, талант, усердие, воля, смелость пойти на риск. Мобильность, адаптивность, социальный капитал. Любимое дело и любимые люди рядом. Самореализация, самодостаточность, развитие, судьба. Я не беру вопросы специального характера, вниз по винтовой лестнице в бездну метафизических лабиринтов — с бесконечными измерениями перекрестных смыслов и тем самым осознанием лишь только того, что ты ничего в действительности не знаешь.
Государство постоянно преувеличивает собственное значение, оборачиваясь так называемой Родиной, которой ты почему-то что-то должен, от которой почему-то зависишь. Весь пафос советской идеологии заключался в подмене личных ценностей коллективными — неудивительно, что распад СССР оставил после себя миллионы дезориентированных людей, неспособных справляться с жизнью без государственной опеки. Не удивительно, что кремлевская пропаганда возвращается к советским идеологическим приемам — со скрепами и патриотизмом. И не удивительно же, что эта кампания показала низкую явку, ибо российские граждане все же приходят в сознание, справедливо полагая, что выборы ничего не значат — ибо они действительно ничего не значат. На самом деле низкая явка для России и русских — это очень и очень хорошо.
Так что смело шлите нахуй интеллигенцию, рассказывающую о какой-то там важности голосования, о том, что это как-то там помешает Кремлю фальсифицировать результаты, о «гражданском долге» или «активной позиции». Это информационный шум, купленная и перекупленная игра с засаленной колодой, которая тасуется уже почти 20 лет. Звездное небо над головой, личные решения, их последствия, мир, дороги и встречи — вот где происходят настоящие выборы, и не в единый день голосования, но каждый день.

Pavel Nesterov

Поиск виноватых!

Первое. Единая Россия в абсолютных голосах набирает не БОЛЬШЕ, А МЕНЬШЕ, чем в 2011-м году. Да и в процентах не сильно больше. Зато явка упала на 20%, в Москве — вдвое. Второе. Это прямое следствие не только педросовских переносов выборов на сентябрь и т.п. (чего еще от врагов ждать?), но и диверсий Леши Навального и К, призывавших к бойкоту. Ради своих счетов с конкурентами, Навальный лишил всю оппозицию права выдвигаться на региональных и муниципальных выборах без сбора подписей.
Третье. Дорогие тысячи демократических активистов, дайте наглому демагогу почувствовать всю глубину вашей благодарности. Лучше всего ударить по самому его больному месту — кошельку. Ни копейки вредителю. Пусть те чиновники, которые заказывают ему расследования на конкурентов, подают. Авось, не сдохнет с голоду.

Sergey Zhavoronkov

Предлагаю люстрировать реальность!

Мораль этих выборов состоит в том, что фэйсбук это одно, а реальность — другое.
Да, в фэйсбуке действительно существует волшебный мир, в котором Путин — это Гитлер, вот-вот грядет новый 1937-й, раздаются крики «Стыдно жить в этой стране!» и «Прости нас, Хиллари Клинтон!», обсуждается люстрация, рашистские оккупанты издеваются над украинским Крымом, в Киеве — свобода и достоинство, кровавые чекисты вешают на двери своих пыточных подвалов таблички «Мы открылись!», а кандидат Шлосберг предлагает подумать над тем, какой народ должен стать в России большинством.
Но когда политики, вдохновляясь этим теплым, сказочным миром, выходят наружу — оказывается, что благодарная аудитория, с которой они рассказывали друг другу все вышеперечисленное, состоит частью из граждан других государств, другой частью — из неофициальных эмигрантов, которым лень идти голосовать в посольство, а в остальном — из пылких активистов, которые снимают квартиры и тусуются в мегаполисах, но прописка у них в других местах.
Ну а плохой, скучный, отсталый избиратель — живущий у себя дома, не слишком молодой и довольно консервативный — почему-то не хочет про Путина-Гитлера, свободную Украину и 1937 год.
Он хочет про что-то другое.
Может быть, про дороговизну, коммуналку, лекарства.
В волшебном мире фэйсбука всего этого нет — у нас тут, как в Вальгалле, борцы против тирании каждый вечер уезжают из этой рабской страны навсегда, а наутро заново идут на площадь в назначенный час противостоять совку и русскому фашизму.
Какая уж тут коммуналка. Какие лекарства.
Но на выборах делегаты волшебного мира не могут собрать даже 3%.
Это Путин-Гитлер виноват.
А я их понимаю, на самом деле.
В компьютере (ну или в телефоне) уютно и хорошо.
На улице холодно и противно.
Там еще люди ходят какие-то. Злые, наверное.
Я тоже хочу жить в волшебном мире.
Предлагаю люстрировать реальность.
Незачем туда ходить.
И уж тем более — голосовать.

Дмитрий Ольшанский

Так пахнет свобода!

завтра, подходя к избирательному участку, включу «Полёт валькирий» Вагнера.
к дверям подойду со стороны солнца, чтобы мелкие коммунистические вьетнамцы, засевшие внутри избирательного участка, ослепли,
начали паниковать и суетиться.
пусть носятся по коридорам, как угорелые, с портретами Ким Чен Ына, Мао и Хо Ши Мина.
безжалостно, несмотря на воли,
войду внутрь и начну методично обрабатывать цели:
отмечусь, получу бюллетень, зайду в будку,
сделаю правильный выбор, брошу бюллетень в урну.
никакой пощады кврагам демократии и транснациональных корпораций.
за свободу, за бургеры, за хиты группы Jefferson Airplane.
выполнив задание, выйду на улицу,
сяду на скамейку и жадно втяну ноздрями воздух,
пропитанный запахом бюллетеней и отчаянием коммунистических вьетнамцев.
это запах... так пахнет свобода

Maxim Goryunov

Мы просрали свободу!

Последние годы сделали нас невротиками. Друг приглашает на вечеринку, и под конец на тон ниже, эдак весомо произносит: «мероприятие неофициальное». Мол, возможны эксцессы, отдаем себе отчет.
А раньше как было? Раньше «официальное» — это в ГЦКЗ «Россия», а все остальные неофициальные. Возвращаешься с пьянки на двести человек, по итогам которой площадь перед зданием Плешки вся уставлена бутылками, отсыпаешься до рейва на Лосином острове, а под утро тебе звонят и приглашают на очередное мероприятие. Что там? Йога на заброшенном кладбище? Каток в подвале ховринской больницы? Подпольное казино в Текстилях? Коктеильная вечеринка на крыше восемнадцатиэтажки? Концерт группы «Хуй забей»? Митинг за легализацию всего? Заебись, едем. А если и встретишь где-нибудь в промежутке мента, то к вечеру он даже может стать твоим другом и рассказать, как из толстой лыжной палки вырезает меч железный, чтобы вместе с другими эльфами бегать по диким докапковским паркам и дуть под флейту конопель. А государства вокруг нет даже в виде лесника, который теперь приезжает к тебе на велосипеде, потому что ты поставил мангал там, где уверенно его ставил еще несколько лет назад.
Мы просрали свободу. В том числе, внутреннюю.
Мы должны её вернуть.

Дмитрий Бавырин

Опять про итоги выборов

Очень легко и даже соблазнительно списать итоги нынешней думской кампании в заслугу вредителей, призывавших бойкотировать выборы. Но это очень дурное и дешевое самообольщение.
Во-первых, я очень люблю журналиста Олега Кашина, но его влияние на электоральные процесс переоценивать все-таки не надо.
Во-вторых, окончательно поехавший на почве ревности к «Яблоку» Алексей Анатольевич еще в начале сентября перекинулся из бойкотчика в агитатора за ПАРНАС.
В-третьих, если ваша политическая позиция находится в прямой и непрерывной зависимости от публичных высказываний Ксении Собчак, то вы просто растение какое-то ебаное, не понимаю о чем и зачем с вами разговаривать, вам наверное и урбанина нравится.
В реальности же, как справедливо заметила политолог Шульман, в условиях низкой явки исход выборов определяется голосованием организованных групп.
У власти этих групп целая обойма, от силовиков до бюджетников.
У прогрессивной же общественности разве что пресловутая «аристократия бульварного кольца» на срочном слете внеочередного заседания очередной комиссии по этике.
В остальном же организованная группа из нее как из М.Каца оберштурмфюрер. Собственно, комиссии по этике нужны не в последнюю очередь затем, чтобы никаких даже относительно широких организованных групп на «прогрессивной» основе не возникало.
Не будем забывать, что от Болотного протеста больше всех охуел именно оргкомитет. И он же, прежде всякой власти, мучительно и крепко думал, как бы всех этих лохов загнать обратно по хатам. Потому что — ну а чего с ними делать-то? Они нужны чтобы что? Известно что — чтобы происшествий всяких от балды натворить, а отвечать потом порядочным людям. Будто порядочным людям больше делать нечего.
Но вернемся все-таки к выборам. Нет, можно конечно сказать что это Володин дурак. Но я не очень понимаю, с чего бы Володин дурак.
«Голос» сообщает, что избирательный процесс обустроен значительно лучше и чище, чем в прошлый раз. Касьянов совершенно не настроен на протестную активность. Результат Единой России при этом — сколько, плюс одномандатники? В общем, сами вы дурак. Володин долбит нормально.
Так в чем же тогда проблема. Да как вам сказать. Извините за выражение, но в национальном климате. Люди, которые могли бы и возможно что даже желали бы стать «агентами перемен», одинаково придерживаются одной модели поведения: не отсвечивать и не провоцировать.
Единственная разница, что одним бежать некуда — поэтому лучше жить тихо, дабы не усугублять. А у других наоборот, по три запасных аэродрома на рыло, — поэтому лучше жить тихо, дабы не усугублять, в крайнем случае съебем.
Идеологию второй группы транслирует в публику как раз Ксения Анатольевна. Но именно транслирует — она вовсе не социальный инженер. Идеологию первой группы хотел бы транслировать Кашин, но всегда некстати мешает Швейцария. Впрочем, суть всяко одна: этот режим не надо трогать, его надо просто пережить.
С той поправкой, что Кашин зачем-то навертел на эту суть еще и совсем туземную какую-то мифологию, что трогать режим не надо не потому что ссым, а потому что зашквар, и прочее подобное, но у каждого большого русского писателя свои бирюльки, простим гению.
Однако же я это все к тому, что попасть под влияние этой идеи практически невозможно. Либо вы ее аутентичный носитель, и тогда заранее согласны хоть с Собчак, хоть с Кашиным. Либо нет, и тогда наотрез несогласны. В исключительных же случаях «сначала нет, но меня переубедили» — хорошо, могу только повторить, вам наверное и урбанина нравится.
Проще говоря: есть некая потенциально активная часть общества, по привычке назову ее контрэлитой, которая однажды попробовала всякие телодвижения, и результат ей страшно не понравился.
Поэтому соображения, по которым контрэлита проигнорировала выборы — проблема не в том, что она не верит в выборы. И не в том, что она не верит в оппозицию. Главная проблема, что вероятная победа оппозиции пугает ее значительно больше, чем сохранение статус-кво.
Вот пройдет, допустим, в Думу «Яблоко», и даже вместе с «ПАРНАС», и каждая партия наберет хотя бы процентов десять. А наутро дорогое правительство, расшифровав этот сигнал ему одному ведомым инопланетным ключом, объявит войну Португалии и запретит российским гражданам вакцинацию, и это будет только начало. Тогда много ли нам будет радости, что — зато у нас в парламенте депутат Шлосберг?
В общем, неприятие гражданской активности после первого печального и болезненного опыта, это точно такое же наследие 2011-2012 гг что и нынешние почти без кавычек честные выборы. А с чего бы им быть нечестными, если вокруг такая красота.
И конечно можно долго обсуждать, кто в этом виноват, но эта тема скучная, давайте лучше про сталинизм.
Нет, можно и про сталинизм, особенно если в вашей фирменной манере. Удивительно, как же это получается, что за потери красной армии в Великой Отечественной Войне у вас виновато всегда в первую очередь тупое, бездарное и в целом невменяемое советское командование. Зато стоит провести хотя бы примерную ревизию потерь [бывшего] гражданского общества на борьбе с кровавым режимом — так сразу Путин ест детей, с него и спрашивайте.
Хотя некоторая доля правды в ваших словах есть. Равнять вас со Сталиным — это очень уж грубый подлог. Сталин, в отличие от вас, хоть какими потерями, но свою войну выиграл.
Поэтому спор условного Мити Алешковского с условным же Навальным, где одна сторона утверждает, что если от болотных протестов мы добыли честные выборы, так давайте же этим инструментом пользоваться, а другая возражает, что мол нихуя, давайте валить режим — заведомо бесплоден.
Даже если вдруг спорщики внезапно придут к единому мнению, это ничего принципиально не изменит. Хоть на выборы, хоть на революцию — актор, извините, отсутствует. То есть формально он есть, но ему не интересно. Экзистенциальный паралич Просвирнина: «Надо захватить Киев! — Иди, хватай».
Как в известном анекдоте — ты ковбой, ты и прыгай.
Я искренне надеялся и от всего сердца переживал, что этот черный лед отчуждения сможет взломать Мария Баронова. Было бы логично, если помнить, что Баронова сама лишь по чистой случайности оказалась по эту сторону льда. Хотя казалось бы, вот кто после Болотного дела должен был в числе первых смыться в пресный уют обывательской жизни и сейчас с любящим мужем и еще парой, как минимум, прекрасных детей валяться на гавайском песочке.
Однако же на Марию Николаевну восстало Пархомбюро, оно же бульварная аристократия. Без сюрпризов, конечно — в глазах аристократии она всегда была выродком, пошлой скандалисткой, асоциальным элементом etc. А уж когда этого элемента приветил и возвысил Ходорковский, сословное презрение сгустилось в жгучую ненависть.
Хотя, разумеется, не ненавистью единой. Бульварные ведь тоже все чрезвычайно заинтересованы в сохранении статус-кво. Чтобы лед оставался нетронутым. Действительно, как уже было сказано, внезапная активизация «гражданского общества» оказалась изрядной проблемой и травмой не только для «общества», но и едва ли не больше — для «оргкомитета». Некоторым особо благородным людям пришлось пережить немало чрезвычайно нервных минут. Немцова вообще расстреляли. Ну и зачем оно надо? Совершенно не надо.
Поэтому заявление, будто бульварная аристократии в чем-то виновата, звучит невыносимо наивно. Эти люди существуют в принципиально иной этической системе. Где их деятельность вовсе не двусмысленная и неприглядная, но наоборот, заслуживает как минимум похвалы, а вообще-то и благодарности. «Разные идиоты надеялись устроить бузу». Хорошая статья 282, вот бы еще правоприменение немного подправить.
Люди сознают свои интересы, люди тщательно их защищают. В строгом смысле, вот и вся их «вина».
Что со всем этим делать — понятия не имею. Я вообще-то пенсионер и геймер. И мне от статус-кво нельзя сказать, что много радости и счастья. Но и каких-то особенных мучений... В общем, не жалуюсь.
Но все-таки. Интересно посмотреть итоговые цифры по ЦАО.
Да, затея пробить всю эту изряднопожатную сволочь лобовой атакой была откровенно безнадежной. А маневрировать в обход сволочи, обращаясь к простым избирателям округа — многое было сделано, но не хватало уже ни времени, ни ресурсов, да буквально всего. Финальный акт драмы не подарил нам чуда, слишком много уже случилось чудес.
И тем не менее. Иные безнадежные затеи вовсе не обязательно бессмысленные.
И пусть пробить сволочь не удалось, но все же хочется понять, удалось ли ее хотя бы ранить, и если да [уже понятно, что да] — насколько глубоко. Если удалось — впервые на моей памяти — значит она уязвимая. А если она уязвимая, значит она не бессмертная.
Я ведь эгоист, на самом деле. Наблюдая за Бароновой, потихоньку заново учился на что-то надеяться. Оказалось довольно приятное чувство, не хотелось бы сдавать его просто так.
[P.S. Главная ошибка всех этих безусловно прекрасных и уважаемых граждан заключается в убеждении, будто для сохранения статус-кво достаточно простого «бездействия». Но это уже совсем другая история, которую я вам рассказывать не буду, поскольку совсем скоро сами все увидите. Если коротко: а вот теперь вас будут пиздить уже по-настоящему]

Станислав Яковлев

«Фактически нынешняя Госдума имеет те же полномочия, что и царская — консультативные и рекомендательные»

— Либеральный электорат, видимо, в значительной мере поддался кампании за бойкот выборов. Отсюда такой низкий совокупный результат либералов (Яблоко + ПАРНАС + Партия Роста) — около 6%. Даже в Москве их совокупный результат — около 18% (11-12% у Яблока), хотя мы помним по последней мэрской кампании в Москве при высокой мобилизации их реальная доля 25-30% (27% у Навального). Исходя из этой пропорции, мы видим, что либералов на участки пришло в 1,5 раза ниже их «нормы». Т.е. совокупный электорат на этих выборах у либералов при высокой мобилизации мог бы быть не 6%, а 8-9% (это примерно соответствует доле тех россиян, что исповедуют соответствующие ценности).
— Вместе с одномандатниками у ЕР будет около 300 депутатов (скорее, 305-310). То самое конституционное большинство, которого не было у партии власти даже в прошлой Думе. Выборная система с одномандатными округами оправдала себя — она позволяет партии власти и системным партиям забирать 95-98% мест.
— Ещё одно интересное наблюдение, не столько про выборы, сколько про российских социологов. За неделю до голосования ВЦИОМ давал ЕР 41%, у КПРФ было 7,4% (!!!), у Яблока 1,1% (!!!). Вечная их привычка занижать данные даже условно оппозиционных партий.
— И ещё один вывод, главный: Дмитрий Анатольевич Медведев справился с кампанией ЕР (и вообще с общей кампанией по стране), снова оправдал доверие Владимира Путина (причём общий результат ЕР лучше, чем на прошлых выборах — примерно на 50 депутатов). Пора опять в президенты.
— Но есть и хорошие результаты для разочарованных избирателей и бойкотирующих. Госдума в нынешней России почти не имеет никаких властных полномочий и не может даже конституционно управлять системными процессами. Она лишена даже права выдвигать кандидатуру председателя правительства (что почти во всех странах Первого и даже части Второго мира — как раз прерогатива парламента). Она де-факто (из-за сложности процедуры) лишена права выдвигать импичмент президенту, создавать комиссии по парламентскому расследованию. При вертикале власти Госдума почти перестала писать законы (те немногие полномочия, что оставались у неё) — они спускаются сверху, из АП и правительства. Её решения имеют рекомендательный характер, и не обязательны к исполнению ни исполнительной, ни судебной ветвями власти (и тем более — президентом).
Фактически нынешняя Госдума имеет те же полномочия, что и царская — консультативные и рекомендательные. И главные выборы — только президентские. Но и на них, как и на президентских, электорат играет лишь навязанную ему сверху игру.

Pavel Pryanikov

«Эта этатистская, во славу государства и его суверенитета, болтовня с нами надолго»

Гордость за страну, которую нам сейчас активно прививают, — это не национализм, а этатистский патриотизм, то есть государственничество. Если же говорить о национализме, то есть две причины, по которым не возникает националистических партий. Во-первых, нет денег — то есть на самом деле нет соответствующего общественного запроса. Как показали в том числе события 2014 года, этнический национализм как таковой непопулярен у русского населения. Государственничество, поклонение силовой машине, даже милитаризм и внешняя агрессия приветствуются, а этнический национализм как таковой людей не возбуждает. Если бы был спрос, то события 2014 года открыли бы шлюз, через который хлынула бы эта политическая сила, и ее никто бы не остановил.
Вторая серьезная причина — государственные репрессии, то есть целенаправленная политика на вырубание этого сегмента политического поля. Мы часто говорим о репрессиях против либералов — потому что мы сами таковы, но отдельные подразделения ФСБ работают строго с националистическим сектором. Причем положение этого сектора чрезвычайно двусмысленно. Еще со времен общества «Память» наши националисты находились в специфическом симбиозе со спецслужбами, которые их подкармливали, подращивали, а потом сажали. Это продолжается последние лет 25. Националисты находятся в полуподполье, где им что-то обещают, подмигивают, говорят, что сейчас мы с вами построим Новороссию, — а потом неизменно сажают. Это старая сказка, которая всегда нова, и не видно ей конца.
При этом нам неплохо было бы иметь легальную националистическую партию. И вообще, неплохо было бы иметь больше легальных партий, которые представляли бы общественные группы: это лучшее лекарство против экстремизма. Кто хочет легализоваться, должен легализоваться, остальных отсекает правоохранительная машина. У нас же правоохранительная машина отсекает всех и не дает легализоваться никому — это ведет к уходу в подполье, к очень уродливым формам квазиполитической жизни. Это все не страшный фашизм, а вещи, о которых можно говорить и которые можно обсуждать. А вот то, что они это обсуждают в углу, нервно поглядывая на дверь, пока за ними не придут, это беда и безобразие: в таких условиях все превращаются в каких-то уродов.
Что же касается патриотических настроений, то эта этатистская, во славу государства и его суверенитета, болтовня с нами надолго. К этому надо привыкнуть. Во-первых, это родная риторика для поколения, которое сейчас у власти: уютные слова из детства, нежная мелодия передачи «Международная панорама». Они формируют дискурс как люди, находящиеся выше по иерархии, а те, кто помоложе и побесстыжее, уже встраиваются в него. И все это с примесью смутного православия.

Екатерина Шульман

Грибы лучше яблока

Та-а-а-а-а-а-ак! Уже пошло, уже поехало. «Гнусный, тупой и ничтожный народ отказался прийти и проголосовать за мужественную, мудрую и вообще чудесно-замечательную оппозицию — оппозицию, которой это тупое быдло недостойно!»
Да, с русским народом не все в порядке. Далеко не все. Десятилетия геноцидной резни и почти столетие Смуты — даром не проходят. Но только в данном конкретном случае заострять на этом внимание стоит едва ли.
Давайте по пунктам.
Могла ли оппозиция в принципе победить на этих выборах в Думу? Ответ — нет, так как выборов, как таковых, нет. ЕдРо взяло бы контрольный пакет вне зависимости от явки и реального числа поданных голосов. Ибо оно не может проиграть, как не мог в 70-е гг. в СССР проиграть блок коммунистов и беспартийных.
Был ли смысл идти голосовать? Был. Но не для того, чтобы избрать новую Думу, а для того, чтобы, по возможности, поломать властям игру. Как я уже говорил в соответствующем видеоролике: чем больше явка, тем сложнее устраивать фальсификации, тем они очевиднее, власти понимают, что лишаются реальной поддержки, и т.д.
Почему люди не пошли? Во-первых, потому, что идея поломки игры для большинства непонятна. А кроме этого, российский избиратель ни на что повлиять не может. (По крайней мере, если речь идет о выборах по партспискам.) И потому большинство предпочло не голосовать за ПАРНАС или Яблоко, а съездить за грибами. И это естественное решение, хоть и неправильное.
А во-вторых — и вот это самый болезненный и самый насущный вопрос — абсолютное большинство голосов, на которые российская «демократическая оппозиция» теоретически может рассчитывать — это протестные голоса. Не за нее, а против Путина и системы. (Кстати, Мальцев это хорошо прочухал и на этом свою кампанию и строил.)
А протест в РФ еще не созрел. Да, он зреет, и Путин неслучайно торопился с проведением выборов, но пока еще мощного протеста нет. А кроме протестного электората, «демократическую оппозицию» поддерживает лишь очень узкий круг сторонников. Собственно, этот-то круг и пришел голосовать.
Отчего так получается? Почему люди если и идут, то не за, а лишь против? А вот над этим и стоит поразмыслить. Вспомнить историю с развалом Демкоалиции... Странные праймериз... Оппозиционных кандидатов, борющихся за один одномандатный округ... И многие другие, в высшей степени очешуительные, истории, которые мы наблюдаем уже много лет, и которые видели и на протяжении последнего года.
А вспомнив, подумать не над глубиной падения неблагодарного электората (другого все равно нет), а над собственными действиями — и собственными просчетами. Оно конструктивнее будет.

Димитрий Саввин

О целесообразности присутствия в ГД

Если даже мы допустим, что некая партия набирает необходимое количество процентов, то оказавшись в меньшинстве её представители никоим образом не могут повлиять на процесс законотворчества. Весь их дивиденд сводится к потреблению благ, предусмотренных для соответствующей должности и редкими сеансами самолюбования на ТВ.
Итак, всё, что де факто сделают «оппозиционные» депутаты — закрепят нелегитимный статус не только самого баранья сборища — ГД, но и всех принятых в прошлом и готовящихся к принятию законов — в том числе незаконной аннексии. Которая и является основной и главной проблемой не только экономической безопасности страны, но и её дальнейшего политического существования как государства.

Alina Vituhnovskaya

Полный разрыв оформлен сегодня!

Говорят, явка крайне низкая. Только народ, пожалуйста, ругать не надо. Правильно он всю эту избирательную кампанию в сухом остатке понял. Полный разрыв между властью и народом, похоже, оформлен именно сегодня.

Илья Лазаренко

Главная «скрепа»: как коррупция ведет к саморазрушению режима

Президент и его окружение, возможно, еще надеются, что «хорошие» силовики разберутся с «оборотнями в погонах», но осно­ваний для этого нет
Арест выдающегося борца с коррупцией полковника Захарченко и изъятие у него почти $125 млн наличными — достойный повод поговорить о том, что происходит в России с этой главной «скрепой» нашего общества.
Хотелось бы разделить эту теоретическую, в общем, статью, на две части: методологическую и прогностическую.
Начнем с методологии.
Избирательное (не) применение
Я бы сразу отметил, что коррупция — явление крайне широкое и требующее более четких дефиниций. Ее можно определить как получение наделенным властью лицом денег или некоторых иных благ от граждан или юридических лиц с целью избирательного (не) применения к ним определенных в законах норм. Не должны согласовывать вам разрешение на строительство, но за мзду согласовывают — вот один пример. Передают компании контракт без конкурса за некий откат — еще один. Отпускает полицейский пьяного водителя за пачку купюр — то же самое. Возбуждают «подмасленные» следователи уголовное дело на вашего конкурента по анонимному навету — тоже хороший пример. Повторю: главное, что объединяет все эти случаи — избирательное (не) применение правил.
Единое с юридической и моральной точки зрения явление с экономической точки зрения распадается на два. С одной стороны, это то, что я бы наз­вал взяточничеством (bribery) — низовая коррупция, субъектами которой выступают полицейские, работники коммунальных служб, местные власти, специалисты разного рода инспекций и т.д. Их деятельность сводится в конечном счете к перераспределению внутри единой экономической системы части сгенерированного в ней дохода. Взяточники тратят деньги на покупку машин, часов и украшений, квартир и участков, постройку домов, отправку детей в столичные вузы. Пусть это звучит цинично, но особого вреда в целом экономике страны они не наносят, напротив, даже помогают многим проблемам решаться быстрее. Бороться с ними довольно бессмысленно; исследования показывают, что в большинстве развивающихся стран до 3–5% ВВП перераспределяется именно таким образом.
Присвоение ренты
С другой стороны, однако, существует то, что я бы назвал собственно коррупцией (corruption): аналогичные действия высокопоставленных чиновников, на уровне которых масштаб присваиваемых денег намного больше, а «горизонт мышления» выходит далеко за пределы страны. Коррупция в этом смысле слова всегда международная: доходы здесь столь велики, что инвестировать их в рамках собственных границ вызывающе и небезопасно. Отсюда — «панамские досье», офшоры, зарубежные счета и недвижимость. Эта коррупция намного опаснее: она обескровливает страну и радикально искажает логику управленческих решений на самом высоком уровне, приводя к бессмысленной трате гигантских ресурсов. С ней можно и нужно бороться — в большинстве стран правительства пытаются делать это с разной успешностью.
Уникальность России, однако, заключается не в масштабе коррупции, а в том, что большинство, казалось бы, коррупционных средств движется вполне легально. Законы при этом не нарушаются — они специально принимаются в интересах обогащающихся. Вспомним дело ЮКОСа: компанию обанкротили потому, что на «Юганскнефтегазе» висела самая большая в истории страны налоговая недоимка — но когда его купила «Рос­нефть», она оспорила решение суда, и оно было отменено. По нашим законам вице-премьеру законно дать олигарху ссуду на $50 млн и через пять лет получить обратно $119 млн. Фирмы родственников губернаторов легально получают бюджетные контракты. Всем этим людям не предъявляется обвинений в коррупции. Они убеждены, что это законно — и потому можно быть уверенным, что и новая Дума никогда не ратифицирует 20-ю статью Конвенции о борьбе с коррупцией (о наказании за незаконное обогащение чиновников).
Систематическое и постоянное обогащение чиновничества за счет народа является сутью существующего сегодня политического режима. И поэтому его «винтики» справедливо возмущаются, когда их арестовывают. Полковник Захарченко виновен не в том, что работал в этой системе, а в том, что в какой-то момент перестал соблюдать ее правила. Задача российского государства состоит в том, чтобы обеспечивать экономическими (через повышение пенсий и зарплат достаточному для своей легитимации числу избирателей) и неэкономическими (посылая ОМОН и национальную гвардию успокаивать тех, кто не понял) способами поддержание условий, позволяющих чиновничьему классу присваивать все возрастающую часть природной ренты, которой живет страна. Политическая элита не заботится ни о чем ином. Там, где власти нацелены на демократию и соблюдение прав, мы имеем развитие по европейской и американской модели. Там, где они ориентированы на технологический рывок, мы видим развитие по китайскому пути или по пути нефтяных эмиратов. В России власти ставят задачей личное обогащение — и потому мы вообще не видим никакого развития.
Но это теория. Обратимся к прогностике.
«Технократы» против «оборотней»
Всех нас, россиян, не может не интересовать, насколько жизнеспособна эта система и что может положить ей конец. Мы хорошо видим, что прогнозы о «скором крахе» режима с каждым годом вызывают все больше иронии. Система, сложившаяся в стране, соблюдала и соблюдает баланс интересов между господами и подданными — и поэтому последние год от года голосуют за первых. Возможны эксцессы (начиная с монетизации льгот в 2005 году до отказа от полноценной индексации пенсий в 2016-м), но они не меняют общей картины. Власти, разумеется, «непросто со всеми нами», но она, видимо, считает, что есть смысл (и мотивы) помучиться. Проблема, на мой взгляд, вызревает несколько в иных сферах.
Созданная в нашей стране система отличается двумя чертами. Во-первых, она непроизводительна — то есть она не создает новой продукции и услуг, не предлагает миру инноваций. Она живет за счет постоянного потока рентных до­ходов, которые, как предполагается, должны неуклонно расти (и они росли до поры: по сравнению с 1999 годом продажа нефти приносила дополнительно в 2000–2004 годах по $33,5 млрд в год, в 2005–2008 годах — по $223,6 млрд, а в 2011–2013 годах — по $394 млрд ежегодно. Однако когда рост прекращается, система не знает, чтó можно этому противопоставить: сегодня ничего, кроме траты резервов, так и не предложено — и посмотрим, какую фантазию власти проявят, когда те закончатся. При этом, несмотря на часто бытующее противоположное мнение, жестко сокращать доходы граждан и социальные программы власти не решатся ни сегодня, ни завтра — они пока убеждены в том, что игра стоит свеч, что еще есть чем поживиться, и поэтому стремятся поддерживать состояние, в котором «народ безмолвствует». Соответственно, власть попытается «ужаться», если только нефть снова не пойдет вверх.
Во-вторых, отечественная экономическая система — именно по причине ее основной цели — не является эффективной. Механизм «допуска» к использованию богатств страны предполагал обмен возможности их присваивать на лояльность вышестоящему начальству. При этом критерии лояльности задавались и формализовывались, а размеры присвоения — нет. В результате доля знаменитого «распила» постоянно росла, превышая сейчас в некоторых случаях 50%. Примечательно, что несмотря на многократный рост финансирования дорожного строительства в 2013 г., в стране построено в 2,5 раза меньше новых дорог, чем в... 2000-м. Если МКАД построили хотя бы один раз, плитку в Москве успели за последние годы переложить уже трижды. Существование «общественного договора» между властью и народом пока поддерживает систему в состоянии относительной стабильности и предсказуемости, но отсутствие какого бы то ни было «корпоративного соглашения» о принципах экспроприации народного достояния, становится, похоже, единственным, что способно ее разрушить.
Иначе говоря, система, которая сделала всемерное обогащение чиновничьей элиты своим основным принципом — притом отвергающим все прочие принципы и нормы — сегодня сталкивается с тем, что это обогащение прямо исключает возможность решения любых значимых задач, стоящих перед государством и народом. Мне кажется, что такая проблема уже хорошо осознается высшими руководителями страны, хотя, разумеется, не артикулируется публично. «Коррупционные» дела последних месяцев — скорее всего, не просто борьба различных кланов внутри системы, но ее попытка противостоять саморазрушению. Президент и его окружение, возможно, еще надеются на то, что «хорошие» силовики разберутся с «оборотнями в погонах», а честные бюрократы (которых по недоразумению начали называть «технократами») вычистят из власти отщепенцев — однако я не вижу для этого никаких оснований. Внутри политической и административной элиты начнет нарастать борьба за раздел сжимающегося «пирога» —​ причем в условиях, когда все бóльшее количество поставленных общегосударственных задач решаться вовсе не будет. Справится ли с этим система, неизвестно.
Совершенно очевидно, что из сложившейся ситуации имеется два выхода. Можно отказаться от имперских амбиций, забыть о резвой риторике, по­считать Россию нормальной страной и продолжить тихое разворовывание ее богатств, установив определенные нормы «корпоративного поведения». В такой ситуации система может жить бесконечно долго. Можно, напротив, кинуться в воображаемую войну против всего мира, потратить всё, что есть и что удастся занять на проплату реальными деньгами виртуальных проектов, и после «пира во время чумы» убедиться, что управление страной приносит больше проблем, чем выгод — а затем убыть к местам, где «припаркованы» нажитые непомерным трудом миллиарды. Какой сценарий реализуется, не скажет никто — просто потому, что столь гротескная система, как та, что сложилась в России, не появлялась в последние полвека ни в одной из достаточно высокоразвитых стран. Так что остается только ждать, чем закончится очередной поставленный над всеми нами эксперимент.

Владислав Иноземцев

От «Русской Фабулы»: возможные очепятки, орфография, пунктуация и стилистика авторов сохранены в первозданном виде.

9 041

Читайте также

Злоба дня
Ум закончился

Ум закончился

Рыба, как известно, гниёт с головы. Но ещё раньше с неё слезает чешуя. А потому прикрывать разлагающуюся политическую реальность России становится более некому. Серая чешуя нехитрых смыслов, вместе с живущими под ней скользкими авторами-паразитами, неизбежно обнажила процессы глубокого распада, всё это время происходившие в закадровом, фоновом режиме.

Русская Фабула
Злоба дня
Революция без желающих

Революция без желающих

Все эти Первые каналы и НТВ, ведущие Киселёвы, сумасшедшие депутаты Марковы и Фёдоровы с их Антимайданами, пугающие население страны батальоном Азов и Евромайданом в Москве, напоминают притчу про мальчика, который кричал: «Волки!». Рано или поздно докричатся и создадут из пустоты все ужасы своих страшных снов, в виде сваленных статуй Ленина и боевиков Русского Сектора.

Русская Фабула
Злоба дня
Царь-Лавочка

Царь-Лавочка

Москвичи так часто видят гуляющего Собянина и все благодарят его и благодарят за урбанину, ставшие пустыми переходы (негде по дороге купить сникерс или батарейку с газетой — так это и хорошо), тренировку ног по причине отмены маршруток (спорт — это полезно), и новое удивительное преображение города с помощью кольца каналов. Но больше всего благодарят Сергея Семеновича автомобилисты, они даже не могут подобрать слов свой благодарности. Меньше есть, меньше покупать фаст фуд, больше ходить пешком — вот за что любят москвичи своего мэра.

Русская Фабула