История

Тайский «Дом Профсоюзов»

Тайский «Дом Профсоюзов»

Сиддхартха Гаутама, известный как Будда, был потомственным воином, но проповедовал ненасилие. Прекрасное учение — когда никто тебя не бьёт. Но реальность часто противоречит идеалу. Бывают ситуации, когда защитить основы буддистского миропонимания, добра и мира можно лишь кулаком, железом и бензином. Как в Таиланде 40 лет назад. Бангкок, Таммасатский университет, 6 октября 1976 года. Какой русский турист знает об этом? А между тем, не будь того страшного дня — не было бы и Таиланда, в который он теперь приезжает.

Тень над страной свободы

1970-е вписаны в историю Индокитая как годы страшных трагедий. Вьетнамская война, жуткие лагеря перевоспитания, акульи джонки. Камбоджийская полпотовщина, горы черепов. Лаосский колхозный террор. Так выглядело победное шествие коммунизма по Юго-Восточной Азии. Кроваво-красная волна катилась неудержимо. К началу 1976-го мало кто сомневался: на очереди — Таиланд. Страна, само название которой переводится как «свобода».

Король Пумипон Адульядет Рама IX в скором времени мог последовать за лаосским коллегой — Сисаванг Ваттана умер в коммунистическом лагере. Впрочем, как раз венценосец имел шансы выжить. Индокитайские коммунисты охотно эксплуатировали монархические иллюзии масс. Сисаванга Ваттану перед тем как убить подержали при себе как «старшего воспитателя» (коммунистический президент Лаоса Суфанувонг сам был принцем). А уж попотовцы поначалу и вовсе правили от имени короля-социалиста Нородома Сианука. Отношения Сианука с «красными кхмерами» — вообще долголетняя песня.

Но король в Таиланде один, а людей много. Подавляющее большинство тайцев, начиная с Рамы IX, не стремились под коммунистическую власть. Что это такое, они видели не только у соседей. В самом Таиланде уже фактически возникло коммунистическое государство в государстве. Вооружённые формирования местной компартии спонсировал маоистский Китай. В городах коммунисты вели себя всё наглее, зная за собой мощную поддержку. Кто из Пекина, кто из Ханоя и Москвы.

В 1973 году в стране был свергнут проамериканский военный режим «трёх тиранов» — фельдмаршала Танома Киттикачона, его сына полковника Наронга Киттикачона и фельдмаршала Прапата Чарусатьена. Воцарилась типичная керенщина. Которой большевизм обычно дышит в затылок. Презрительно поглядывая на бессилие либеральных министров, таиландские коммунисты уже советовались со старшими товарищами — кого сразу в расход, кого в коммуну на принудработы, кого в лагерь на перевоспитание.

Социальным оплотом левизны и коммунизма была в Таиланде творческая интеллигенция. Прежде всего — студенчество Таммасатского университета. «Традиционные устои» и «духовные скрепы» буддистской монархии, в наше время умиляющие туристов, многим тогда надоели. А кто-то уже подумывал: может, и король не так уж хорош? Впрочем, подобные мысли проявлялись весьма робко: в Таиланде даже левые хвалят монарха. Ментальность у людей такая! А вот военных костерить не стеснялись. Как кровавых диктаторов и агентов американского империализма.

Тигры, быки и девятка

Силы, противостоявшие левакам, тоже очень не любили империализм. Но другой — советский и китайский. Организация ультраправых антикоммунистов официально именовалась «Объединённый фронт борьбы против коммунистического империализма». Но чаще их называли кратко: «Красные гауры». Гаур — это дикий бык, обитающий в тех краях. Три метра в длину, три с половиной в высоту. Тонны полторы-две весом. Зверь вообще-то добродушный, но если разозлить, убьёт хоть тигра.

В честь этого зверюги и назвались таиландские борцы против красного империализма. Тут понятно. Но почему они себя-то обозвали «красными»? Конечно, не потому, что им нравилось красное знамя коммунизма. Всё проще: красный — цвет крови. Которую они решились пролить ради свободы Таиланда. Причём — не свою кровь.

Шли в ряды «Красных гауров», прямо скажем, не ангелы. А если точнее, отморозки, каких свет не видывал. Достойные визави своих врагов-коммунистов. Руководили же ими люди не простые. В основном офицеры с опытом Вьетнамской войны. Организовал «гауров» генерал-майор Судсай Хасадин из отдела внутренней безопасности вооружённых сил Таиланда. Бывалый кавалерист, друг фельдмаршала Киттикачона. Он-то и бросил клич, как в фильме про Шурика: «Ну, граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы, кто хочет поработать?» Откликнулись 25 тысяч человек.

Бангкокская молодёжь. Уголовники, люмпены, безработные. Если служащие, то уволенные. Если школьники, то исключённые. Если солдаты, то завсегдатаи гауптвахты. Если офицеры, то такие, как лейтенант Чалермчай Матчаклам, более известный как «полковник Тун», бригадир рэкетирско-киллерской банды. Встречались и студенты того же Таммасатского университета — разумеется, отчисленные. Тут надо заметить: отчисляли из университета по представлениям студенческих старост, сплошь и рядом коммунистов и леваков. Можно вообразить, какие тёплые дружественные взгляды бросали бывшие студенты на тех, кто продолжал учёбу в Таммасате.

«Красные гауры» были наиболее активной антикоммунистической организацией, но наименьшей по численности. В тайских сёлах массовой базой антикоммунизма стали зажиточные крестьяне. Своё ополчение они назвали «Тигры деревни» и начали под королевскими знамёнами громить партизан КПТ. Только за первое десятилетие через «тигриные» отряды прошли 10 миллионов человек. Кстати, «Тигры деревни», они же «Сельские скауты» действуют и сегодня. Только теперь воюют не с коммунистическими, а с исламистскими повстанцами.

Городские купцы, ремесленники, чиновники и буддистские монахи вступали в организацию «Девятая сила» («Навапон»). Их тоже набралось до полумиллиона. Это было нечто вроде русской «чёрной сотни» — «за царя, за родину, за веру». Руководили «Девятой силой» представители королевской элиты. Низовые же активисты походили на монаха Киттивудхо Бхикху, который прославился тем, что на основе буддизма доказывал: «Убить коммуниста — не грех!»

Крестьяне и мещане, «тигры» и «девятые» защищали от коммунистов порядок и частную собственность. У «гауров» же собственности не было, а порядок они не любили. Эта пацанва реально боролась за свободу. В том числе за «грабь награбленное». Возможно, в иных условиях они бы мочили своих правых единомышленников — за то, что те зажиточны и адаптированы. Но карта легла иначе. Общий коммунистический враг угрожал и свободной вольнице, и законной собственности.

«Тигры» патрулировали сельские местности, зачищали деревни от комми. «Девятые» устраивали антикоммунистические митинги. «Гауры» действовали в силовом атакующем стиле. Приятным бонусом для последних стал временный иммунитет от уголовных преследований. Сторонники ультраправых в полиции и армии закрывали глаза на их художества. Лишь ставили условие: грабьте не кого попало, а только коммунистических симпатизантов. А потом можете оттягиваться в лучших шалманах Бангкока. Гуляй, братва, на армейские деньги, только дело делай.

Через месяц после появления «красных гауров», в ночь на 3 июля 1974 года, произошёл инцидент в бангкокском «чайнатауне». Полицейский оштрафовал водителя-китайца за стоянку в неположенном месте. Тот отказался платить штраф. Полицейский приступил к задержанию. Китаец позвал своих корешей, которые пошли на штурм участка. Погибли 24 человека (включая двух полицейских), ранены более ста. Беспорядки продолжались пять дней. «СтопХам» по-тайски.

«Красные гауры» прославились избиениями, погромами, взрывами и убийствами. Как иначе, если их ячейки поныне сравниваются то с немецкими штурмовиками 1930-х, то с российскими братками 1990-х. Но они не только грабили и творили беспредел. «Гауры», к примеру, охраняли рабочих от нападений коммунистических повстанцев. В общем, вышибали клин клином.

Пружина Босса Самака

Тайских Керенских, словно для страховки, подобралось двое. Оба из тайской аристократии. Были они родными братьями: старший — Сени Прамот, младший — Кыкрит Прамот. Сени — юрист, Кыкрит — финансист и журналист. Сени — очень левый либерал, Кыкрит — совсем уж левый либерал. Даже партии у них были разные.

Кыкрит отметился тем, что установил дипломатические отношения с КНР и Демократической Кампучией. При нём Таиланд стал первым некоммунистическим государством, подружившимся с полпотовцами. Это даже для Сени являлось некоторым перебором. В силу такого рода небольших разногласий они периодически сменяли друг друга на премьерском посту. Но коммунистам было вольготно что при младшем, что при старшем. Таммасатский университет гудел в предвкушении грядущей тропы Хо Ши Мина.

В ответ правая голытьба рвалась бить левых «креаклов». Был тут и социальный конфликт. «Гаурская» шпана ненавидела студентов за материально-бытовое благополучие. Именно так: ультраправые нищеброды против «барчуков»-коммунистов. А которые побогаче, «тигры» и «девятые», вполне основательно видели в молодых леваках раскрутчиков инфляции. Хотя далеко не экономические причины были главными.

Обстановка накалялась огнём и наливалась кровью. В августе 1975-го «Красные гауры» совершили первую массированную атаку на Таммасатский университет. Кыкрит Прамот чудом удержался у власти, но вскоре уступил премьерство старшему брату. Как показали дальнейшие события, это была всего-навсего репетиция.

Экономика шла вразнос под давлением левых профсоюзов. Страну сотрясали забастовки и теракты. В феврале 1976-го «красный гаур» швырнул гранату в левацкий митинг, подорвав четверых студентов. Предвыборная кампания, в результате которой Сени сменил Кыкрита, унесла три десятка жизней. Генералитет уже открыто поддерживал ультраправых.

Министром обороны Сени Прамот назначил генерала Сенивансу Тавита. Тот быстро организовал визит в Таиланд изгнанного в 1973-м фельдмаршала Прапата Чарусатьена. Премьер этого не спустил и отставил Тавита. Обороной стал заведовать адмирал Сангад Чалорью, приглянувшийся Прамоту своими вроде бы либеральными взглядами.

Но тем временем в силовых структурах укреплялись позиции бывшего замминистра внутренних дел Самака Сундаравета — лидера правого крыла Демократической партии Сени Прамота и доверенного лица королевы Сирикит. Именно этот политик — Босс Самак — сделался главной пружиной надвигавшихся событий. Энергичный антикоммунист китайского происхождения. Либерал, но не «прамотского типа» — жёсткий прогрессист-либертарианец, без толерантных комплексов. Циник и ценитель чёрного юмора. По армейской радиостанции задавал вопрос таммасатским студентам: «Ну куда вы так в самоубийцы торопитесь?»

Самак Сундаравет стал своеобразным диспетчером таиландских правых, связующим звеном от уличной шпаны до королевского двора. С его подачи пошла в ход «тяжёлая артиллерия» в виде королевской семьи. Королева Сирикит пригласила в страну самого Танома Киттикачона, первого из «трёх тиранов». Это было куда круче, чем временный заезд Чарусатьена. Бывший премьер объявил, что станет монахом, а мирская суета — это не его забота. «Разбирайтесь сами, пацаны». Но для ультраправых возвращение Киттикачона стало сигналом: «Наши в городе!» Киттикачона демонстративно охранял строй «Красных гауров».

Левые восприняли прибытие фельдмаршала как брошенную перчатку. Сени Прамот подал заявление об отставке, но парламент отклонил его. Профсоюзы пригрозили всеобщей забастовкой. Студенты Таммасатского университета устроили серию бессрочных митингов и пикетов под самыми радикальными лозунгами. В ответ «Красные гауры» изготовились к последнему броску. «Девятая сила» двинула многотысячные демонстрации. Стягивались в столицу и «Тигры деревни». В общем, всё пошло по плану Босса Самака.

Марш расправы

5 октября 1976 года бангкокские газеты сообщили о студенческой постановке, в которой якобы недостаточно почтительно изображался... нет, не король, как можно! — но наследный принц Маха Вачиралонгкорн. Фотография такого рода существует. Очень может быть, что сходство оказалось случайным. Но объясняться было поздно. Слух об оскорблении Его Высочества воспламенил столицу.

Здесь надо отвлечься и сказать, что Таммасатский университет — это не просто кузница политической элиты. Это ещё и место обучения членов королевской семьи. Например, вышеупомянутый принц Вачиралонгкорн получил в этом вузе степень магистра искусств. А гимн Таммасатского университета сочинил никто иной, как король Рама IX. Уровень корпоративной солидарности в вузе достаточно высок. Но в 1976 году обстоятельства сложились так, что ею пришлось пожертвовать.

Армейское радио призвало отомстить студентам за неслыханное хамство. А заодно стереть коммунизм с таиландской земли. Вооружённые «гауры» и «тигры» потянулись к университету. К вечеру 5 октября у таммасатских ворот стояли уже четыре тысячи боевиков. Агитаторы «Девятой силы» повсеместно призывали к последней и решительной расправе. Полицейские генерала Лохачалы и тем более военные генерала Хасадина одобрительно кивали.

Утром 6 октября собралось на последнее заседание правительство Сени Прамота. Самого премьера уже не слушали. Его заместитель Праман Адирексан потребовал искоренить университетский коммунизм. Адмирал Чалорью красноречиво молчал. А по кампусам Таммасатского университета уже был открыт огонь.

Студенты оборонялись как могли, но этим только разъярили нападающих. Главные ворота снёс самосвал. Боевики и полицейские прорвались в Таммасат. Командовал атакой и последующими линчеваниями лейтенант-«гаур» Чалермчай Матчаклам.

Теперь студенты были готовы сдаться. Но ультраправые пребывали в таком состоянии, когда мольбы о пощаде бессильны. Несчастных студентов избивали, расстреливали, вешали. Потом бангкокские старожилы говорили, что не припоминают такой жестокости даже в военные годы. Кто-то пытался переплыть через реку Чаупхраю, но их выкашивал огонь патрулей. Эта оргия смерти продолжалась несколько часов. «Тигры» били леваков за то, что те позарились на их собственность, «гауры» — за то, что сами не имели собственности. Вольная ярость вторых была страшнее сосредоточенного прагматизма первых.

Вечером «Тайский марш» подступил к резиденции правительства. Сени Прамот вопросов не задавал — «отрёкся» сразу. Временным премьером стал Сангад Чалорью — тот самый либерал-адмирал, на которого понадеялся Прамот. В обращении к нации Чалорью объявил, что власть переходит к хунте под названием Национальный военный совет государственной реформы: «Чтобы спасти Таиланд от захвата коммунистами и защитить монархию». Правление военной хунты осуществлялось от имени и по поручению короля. Сформированное 8 октября правительство возглавил лидер «Девятой силы» адвокат Танин Краивичьен.

«Наши тигрята», — по-доброму отзывался Рама IX о победителях Таммасатской бойни. 10 октября тот самый принц Вачиралонгкорн торжественно раздавал награды отличившимся боевикам.

6 октября 1976 года стало днём конца таиландского коммунизма. Компартия была пришиблена и вскоре отутюжена армией. Леваки оказались деморализованы, их охватил страх. Никому не хотелось повторять судьбу таммасатских студентов, очутившихся в ту среду в здании своей альма-матер. Коммунистический накат обломался на жёстком отпоре. Таиланд не позволили превратить во Вьетнам, Лаос и Камбоджу. Тайцы не приняли судьбу, уготованную им правителями Ханоя, Москвы и Пекина. Но за зловещие фантазии КПВ, КПСС и КПК ответили своей жизнью студенты Таммасатского университета.

Официально признана гибель 46 человек. Цена остановки коммунизма на рубежах Страны свободных. Говорят и о сотне убитых. Есть, впрочем, другое мнение. «Один погиб», — сказал Самак Сундаравет. И добавил в том смысле, что этот один сам того хотел, раз нарывался.

Пути и судьбы

Король Пумипон Адульядет Рама IX царствует по сей день. Ему уже 88 лет, и принц Маха Вачиралонгкорн всё ещё при нём наследник. Это не декоративные фигуры, они реально влияют на политику и жизнь страны. Во всех делах за королём последнее слово. Страна очень уважает венценосное семейство. Последние сорок лет в особенности — попробовал бы кто не уважить.

Братья Прамоты прожили ещё долго, но политикой больше не занимались. Старший ушёл в юриспруденцию, младший в литературу. Относились к ним нормально. Они ведь, в общем-то, хотели только хорошего. Просто время не по ним оказалось. Кыкрит умер в 1995-м, Сени в 1997-м.

Таном Киттикачон и Прапат Чарусатьен, антиподы братьев-либералов, тоже не вернулись в политику. Но жили они на родине, эмигрировать им больше не пришлось. От монашества Киттикачон отказался, как и от почётного звания в королевской гвардии. Занимались фельдмаршалы в основном тем же, чем и Прамоты — доказывали, как правильно всё делали и как неудачно сложились обстоятельства. Скончался Киттикачон в 2004 году, Чарусатьен в 1997-м. Хоронили их с военными почестями.

Младший из «трёх тиранов», Наронг Киттикачон, жив поныне, хотя ему без малого 85. Он тоже вернулся в Таиланд. Даже основал Либеральную партию. Но за неё почти не голосуют — человек-то явно из прошлого.

Зато широко шагал и высоко поднимался Самак Сундаравет. Его антикоммунистические заслуги высоко оценились в послетаммасатском Таиланде. Он возглавлял МВД и Минтранс, заседал в сенате, был губернатором Бангкока. Создал собственную правопопулистскую Партию народной власти. Поддерживал альянс со скандально знаменитым Таксином Чиноватом (такие друг друга в натуре видят издалека). Несколько месяцев бурного 2008-го Сундаравет побывал премьер-министром. На следующий год скончался.

«Тигры деревни», как сказано выше, остались в качестве антиисламистских патрулей. Они органично укоренились в жизни тайского села. А вот «Красные гауры» и «Девятая сила» разошлись вскоре после того октября. Это были целевые структуры, заточенные именно и только под антикоммунизм. Кончился коммунизм — кончилась в них нужда. Но школа осталась. Особенно «гаурская».

Генерал Судсай Хасадин после Таммасата ещё четверть века служил то в транспортной госкомпании, то в премьерской канцелярии. А главное, состоял в ближнем кругу неутомимого Сундаравета. Ушёл он из жизни в 2001-м, оставшись в истории как «крёстный отец гауров».

Младший соратник генерала Чалермчай Матчаклам, лично громивший 6 октября, дослужился с лейтенанта до майора. После чего ушёл из армии в мафию. В 2001 году его приговорили к смертной казни за заказное убийство коррумпированного провинциального губернатора. Но король не забыл подвигов «полковника Туна». Получилась песня: «И защита тоже улыбается, даже улыбается конвой. Слышу я: статья переменяется, заменяют нам расстрел тюрьмой». Сначала вместо вышки пожизненное, потом 50 лет, а в 2015-м Чалермчая освободили за примерное поведение. Правда ненадолго. Сейчас он уже опять сидит за рэкет. Не за Таммасатский университет.

Почтенный Танин Краивичьен премьерствовал всего год. Трамбовал коммунистов, гнобил либералов, обустраивал деревни, укреплял духовные скрепы буддистской монархии. Следил за нравственностью, зачищал от крамолы книжные магазины. Перессорился со всеми вокруг, больше всего с американской администрацией Джимми Картера, требовавшей соблюдения прав человека. В октябре 1977-го его отставил тот же адмирал Чалорью. Типа, антикоммунизм дело правильное, но всё же не в Средних веках живём. Сейчас 89-летний Краивичьен заседает в королевском Тайном совете.

С 1977 года началось многолетнее военное правление. Сначала генерала Криангсака Чаманана, потом генерала Према Тинсуланона. «Эра Тинсуланона» и создала современный Таиланд — экономически динамичную парламентарную монархию. Которую так любят посещать со всего мира, несмотря на политико-криминальный экстрим.

Таиланд — не Чили и не Аргентина. Эта культура избавлена от политкорректных комплексов и рефлексий. Победителей там не судят. Предложи кто спустя столько лет арестовать участников Таммасатской резни, его в лучшем случае поднимут на смех. Мемориал в университете поставлен, события признаны трагическими — и довольно об этом. Привет Пол Поту.

Бойня в Таммасатском университете 1976-го напоминает одесский Дом профсоюзов 2014-го. В обоих случаях — жестокость схватки, страшная гибель десятков людей, всемирный шок от расправы. Но оба раза чудовищная цена была уплачена за то, чтобы остановить ещё худшее. В Таиланде откатилась волна коммунизма, рассеялась тень полпотовщины. Одесса спаслась от участи Донбасса, где кровь льётся уже третий год. Не только на поле боя, но и в подвалах дэнээровской госбезопасности.

Наверняка многие студенты Таммасатского университета были хорошими людьми и достойны светлой памяти людей. Вряд ли они мечтали увидеть свою родину покрытой концлагерями и пробитыми черепами (о чём практически в открытую грезит нынешний «антимайдан»). Но объективно их действия вели именно к этому. Соседняя Камбоджа, не остановившая вовремя их единомышленников, заплатила тысячекратно.

Но в день таммасатского сорокалетия вспоминаются не только Таиланд и Украина. Положение России будет потяжелей таиландского. Уже потому, что ветры полпотовщины дуют от царского двора, среди силовиков нет Хасадина, среди чиновников нет Сундаравета, а наша «девятая сила» есть убогий НОД. Однако, что интересно, какая-то русско-гаурская братва уже начинает огрызаться. Шанс всегда есть. Всё путём, и выбор судьбы за нами. Даже если король не с нами.

Подписывайтесь на канал Руфабулы в Telegram, чтобы оперативно получать наши новости, статьи и мнения.

5 727

Читайте также

Культура
Дьяволы у порога

Дьяволы у порога

Вармердам один из тех режиссеров, кто любит морочить голову аудитории. Его творчество изобилует элементами сюрреализма и абсурда. Массовый зритель к такому кино, безусловно, не привык — искушенный же с удовольствием будет ломать голову в поисках оптимальной трактовки.

Аркадий Чернов
Политика
Призрак коммунизма вновь над Европой

Призрак коммунизма вновь над Европой

Победа левых радикалов в Греции показала, что со времен СССР приоритеты Кремля в поиске «агентов влияния» не особо изменились.

Игорь Кубанский
Политика
Дорога к храму Ангкор

Дорога к храму Ангкор

Немного в мире властелинов, которые правили бы дольше Владимира Путина. Но такие есть. Один из них — хозяин Камбоджи Хун Сен. В нынешнем году отмечается четвертьвековой юбилей Парижских мирных соглашений, формально завершивших долгую и жестокую камбоджийскую войну. К тому времени Хун Сен уже шесть лет стоял во главе правительства. Больше тридцати лет. Как удалось это в Камбодже бывшему полпотовскому офицеру? Примерно так же, как удаётся пока в России бывшему офицеру КГБ. Только Хун Сен гораздо жёстче. Потому что в борьбе с режимом камбоджийцы гораздо упорнее нас.

Владислав Быков