Общество

Без народа

Без народа
Потенциальные избиратели
Картина художника Василия Ложкина, холст, масло

В понятии нашего народа свобода есть вопя, а воля - озорничество. Не в парламент пошел бы освобожденный русский народ, а в кабак побежал бы он, пить вино, бить стекла и вешать дворян, которые бреют бороду и ходят в сюртуках, а не в зипунах...
Виссарион Белинский

В Москве скоро начнутся выборы мэра (точнее говоря, мэра Собянина, конечно), в связи с чем российский политический ландшафт претерпевает конвульсии и волнения: так, социал-демократ Митрохин внезапно взялся зубами выгрызать у национал-патриотов тему борьбы с мигрантами, а многочисленные муниципальные депутаты просто-таки светятся от счастья - внезапно они перестали быть лишенной всяких полномочий пародией на народных избранников и стали важными фигурами.

В связи с очередным раундом этой увлекательной игры в “реальную политику”, возможность приобщиться к которой на долю оппозиции выпадает не часто, обострились и старые стратегические вопросы. Как работать с населением? Делать ли ставку на профессиональных оппозиционеров? Или же идти в народ, к “обычным людям”, суля им решение всяческих насущных проблем? Водить хороводы с и так уже лояльными хипстерами или же пить водку из граненых стаканов с настоящими русскими мужиками, пытаясь втереться к ним в доверие?

Попробуем разобраться, что же представляет собой это далекое от политической жизни российское население, к которому сторонники “реальной политики” предлагают нести свое веское слово. Заодно постараемся дать несколько полезных советов кандидатам.

Горожане, которых не было

Начнем с важного факта: в России так и не случилось подлинной, постепенной урбанизации. В начале 20-го века около 90% населения все еще проживало в деревнях. При советской власти, пытавшейся превратить Россию в индустриальную страну палочными командно-административными методами, сельское население массово хлынуло в города. Хлынуло столь стремительно, что куцая российская городская культура не смогла их ни переварить, ни ассимилировать. Да что уж там - этой городской культуры толком никогда не было, ведь российские города традиционно были населены дворянством и их крепостной обслугой, а никак не буржуазией. К концу 18-го века эти “горожане” составляли целых 3% населения. И даже в начале 20-го века существенная часть городского населения состояла из урожденных представителей крестьянства, ставших рабочими или мелкими торговцами. Все они разбежались по своим деревням, как только грянул кризис, поскольку никогда и не теряли с ними связи.

Так вот, подавляющее большинство современных русских горожан - это ближайшие потомки крестьян, трепетно и нежно сохранившие свой крестьянский менталитет. И эта культура, к нашему большому несчастью, отмирает медленно, слишком медленно. Всем тем, кто предлагает “работать с народом”, следует это понимать.

Нет, вы, конечно, можете думать, будто имеете дело с горожанами, у которых есть базовые представления о политических и экономических механизмах, а также крепкое сознание своих корпоративных интересов. Но на самом деле перед вами жители допотопных крестьянских общин. Вы можете думать, что деревня - это что-то далекое, и особенно далекое от переполненной Москвы. Но на самом деле - деревня вот она. У подъезда. С семечками. На корточках. И даже та наиболее ее просвещенная часть, которая за полвека сумела усвоить, что нельзя сидеть на корточках в публичном месте, прекрасно сохраняет менее заметные аспекты своего архаичного крестьянского менталитета. И “менее заметные” - вовсе не значит “легкие”. Недаром самым популярным зрелищем у русской аудитории долгое время являлся “Дом-2”, где крестьянские отпрыски живут большой общиной под одной крышей, иногда делают вид, что работают, но чаще перемывают друг другу кости на общих собраниях.

У русского крестьянства была сложная и трагическая судьба - исторически оно было зажато между двумя бездушными, но могущественными силами. С одной стороны была суровая и капризная российская природа, с другой - безжалостный Левиафан-государство. Природа заставляла варварски эксплуатировать землю, селиться и работать большими семьями. Государство, в целях упрощения надзора, насильно сгоняло в передельную крестьянскую общину и связывало круговой порукой. Крестьяне слабо понимали разницу между собственностью, пользованием и владением - по факту, они пользовались чужой собственностью, будучи наивно убеждены, что ею владеют. А уж такие сложные понятия, как “экономика”, “государство” и “нация” им были совершенно неведомы.

Современные псевдогорожане ничуть не приблизились к пониманию этих абстрактных понятий. Нация - значит бить черных. А экономика... гражданина, который бы понимал, что такое пенсия и откуда она берется, нужно еще поискать. С собаками. Большинство свято убеждено, что пенсии падают с небес по милости государя. В общем, кандидатам, упирающим на сложные социально-экономические темы, следует понимать, что с тем же успехом они могли бы проводить агитацию среди папуасов. Даже, может быть, с большим. А вот гражданин Митрохин правильно решил оседлать тему мигрантов - карательный поход супротив бусурман вполне в крестьянском духе. Только нужно уточнять, что это именно против бусурман, а не с целью решить назревшую социально-экономическую проблему. Иначе не поймут-с.

Заковыристая разница между собственностью и возможностью ею пользоваться и по сей день ускользает от русского ума. Респект и уважуха к чужому владению (особенно обнесенному высоким забором) у нас, конечно, имеются, но уважения к собственности нет в помине. Народ мало заботит, насколько незыблема или защищена в стране частная собственность, еще меньше заботит - заработано ли имущество, украдено или получено от государства. Владею - значит мое. Собственность обычно нужно заработать, а вот получить владение - здесь существует тысяча и один хитрый способ. И большинство из них перестанет работать, коль скоро собственность реально будет защищена законом, а не забором. Так что, не рекомендуется разглагольствовать о священной частной собственности, лишая потенциального избирателя надежды когда-нибудь завладеть симпатичным соседским коттеджем. Господам либертарианцам и экономическим либералам не стоит надеяться на народные массы - вся мощь "австрийской школы" разобьется о домотканое крестьянское убеждение “что ухватил - то мое”.

Отсюда же происходит и полное непонимание природы собственности муниципальной - ведь муниципалитет это, прежде всего, объединение собственников частных домов, которым удобно сообща распоряжаться улицой у себя под окнами. Так что, плохо тем, кто пытается толковать о муниципальном самоуправлении - ведь “общее” значит “не мое”. А “не мое” - значит “можно гадить”. За доказательствами - в ближайший парк.

Правдой сыт не будешь

В передельной крестьянской общине с ее налоговой круговой порукой сформировались довольно своеобразные представления о справедливости, которые укрепились затем в процессе счастливой советской жизни в бараках и коммуналках. Справедливость - это когда у соседа сдохла корова, потому что коровы не было у тебя. Равенство в нищете. Поэтому предсказываю всяческим левым успех с их извечным “отнять и поделить”, равно как и робким соцдемам с их “налогом на роскошь”. Только вот не следует обманываться, будто за этим стоит альтруизм, желание делиться с ближним и думы об общественном благе - только жгучее, всепоглощающее желание омрачить жизнь более успешному собрату. Мол, сам с голоду помру, но и корову соседскую с собой прихвачу.

Столь же “эмпирически непонятным” для крестьянина было и само понятие “права”, ведь начиная с 17-го века крестьянин был лишен права жаловаться на помещика, а подобие независимых судов появилось лишь на излете Российской Империи. Но и оно не пользовалось доверием широких масс, которые вообще предпочитали хорошую порку штрафам или тюрьме. Крестьянские представления о правовой сфере звучат примерно как “кто помещик - тот и прав”. Современные русские точно так же отличаются глубоким правовым нигилизмом - в первую очередь те, кто работает в судах и правоохранительной системе. Так что, идея о независимых судах вряд ли найдет народный отклик. Совсем другое дело - предложение ввести публичную порку, как в Сингапуре и прочей прогрессивной Азии. Получил по заднице - и гуляй смело. Опять же, зрелище не хуже “Дома-2”.

Землю свою русский крестьянин никогда не любил. И всегда стремился сбежать от крепостной зависимости и адского труда на неплодородной почве - в мелкие торговцы, рабочие, извозчики и проститутки. Эскапизм и по сей день является русской национальной традицией - из области бегут в областной центр, из центра - в столицу. Сбежать из столицы за границу сложнее, ведь для этого уже требуется знание языков и наличие каких-то полезных навыков. Но некоторые умудряются обойти эти требования - например, выходя замуж за иностранца через брачные агентства конвейерного типа. В этом плане несомненный успех иметь будет всякий политик, твердящий о безвизовом режиме с ЕС - подложив дровишек под вековую русско-цыганскую мечту удрать куда подальше. Старайтесь также не намекать избирателям, что они застряли здесь надолго.

Суровая жизнь лишила крестьянина какого бы то ни было идеализма, сделав из него прожженного эгоиста и циника. Обладающего той специфической формой прагматизма, суть которой в аморальности, бессердечии и презрении к истине. “Правдой сыт не будешь”, “бей своих, чтобы чужие боялись”, “чужие слезы - вода” - вот они зерна вековой крестьянской мудрости, которым поражался еще Максим Горький. Для крестьянина в мире нет правды, кроме выгоды, а сам мир делится на своих и чужих. Чужих нужно бить всегда, своих - иногда, для профилактики. Так что, не вздумайте говорить о высоких материях. Лучше намекните, что просто хотите денег и власти - тогда вас поймут. И скажите, что своих не забываете - тогда вас поддержат.

Русский крестьянин глубоко религиозен. Но, как было сказано выше, истина для крестьянина - пустой звук. Крестьянская вера носит сугубо ритуально-магический характер - это что-то сродни игры в потустороннего “однорукого бандита”, в надежде опустить монетку и сорвать магический джекпот. В узком крестьянском мирке идет постоянная война за выживание, случайность правит бал и вся надежда на иррациональное и на русский авось. Так что, не допускайте бездуховных высказываний - то есть таких, которые по мнению крестьянских масс могут разгневать потусторонние силы. Но также не напирайте на усиление религиозного образования и пропаганды - ими сыт не будешь! Лучше посулите привезти волос какого-нибудь пророка или иную святую реликвию, исцеляющую разом от сифилиса, геморроя и нищебродства. Заодно окупите мэрскую кампанию с проданных билетов.

И главное, запомните: современный городской крестьянин - такой же стихийный монархист, как и сто лет назад. Видимо, понимание сложной системы самоуправления современных обществ требует умственных усилий, тогда как принцип “тайга большой - медведь хозяин” доступен всякому интуитивно. Так что, не вздумайте ругать Путина. Ругайте Сечина и Дерипаску, Собянина и Кадырова, Медведева и Сердюкова. Если не знаете, кого ругать - ругайте Чубайса (безотказный вариант). Но только не Путина. Вам может казаться, что раскрыть избирателю глаза на 40 млрд. альфасамцовых пенсионных накоплений - это примерно как отнять конфету у ребенка. Но, на самом деле, это аттракцион сродни попытке отнять любимую игрушку у питбуля.

Без народа

Подведем итоги, каким же должен быть идеальный народный мэр? Если вы случайно читаете эти строки и собираетесь стать народным мэром, то вы уже, наверняка, поняли, что вам следует выкинуть на помойку такие безделушки, как “закон”, “собственность” и “свобода”. Вместо этого нужно вооружиться взрывным популистским коктейлем, крепко замешанным на “социальной справедливости” и “долой чурок”, дополнив оный правительственной программой “экстрасенса, шамана, священника РПЦ в каждый двор!” Еще щепотку классического “царь хороший, бояре - плохие”... Вас ждет успех!

Всем же, кто, подобно мне, не желает жить в городе истинно-популярного народного мэра, я бы посоветовал выкинуть из голов сусальные мысли о добром и прекраснодушном народе. В конце концов, мы живем в той действительности, что была построена мозолистыми руками этого самого народа. Советовал бы также молиться о том, чтобы явка на выборах была достаточно низкой. Ведь чем она выше, тем выше и процент тех, кто продаст голос за бутылку водки или того хуже - искренне отдаст его за национальных и социальных популистов, и прочих жуликов. И только в том случае, если пресловутые народные массы будут инертны, решающее слово сможет сказать узкая прослойка настоящих горожан - в Российской Империи ее называли "интеллигенцией".

22 664

Читайте также

Фотосет
Покоряя Эверест

Покоряя Эверест

В апреле 2013-го обычный омский кабак под названием «Эверест» неожиданно прославился на всю Россию. Омскому блогеру и фотографу Антону Илющенко всего-то стоило выложить в свой блог серию высокохудожественных фото, сделанных на одной из многочисленных вечеринок, проходивших в клубе «Эверест». Зрелище отдыхающей после трудов праведных омской молодежи настолько покорило сердце российской интернет-публики, что блог Антона сразу же получил почти два миллиона просмотров, обеспечив ему звание «самого влиятельного омского блогера».

Русская Фабула
Политика
Эпифеномен

Эпифеномен

Что требуется для революции? Что необходимо для того, чтобы свершился переход от одной формы устройства общества к другой, более прогрессивной? Почему это произошло во Франции, в Англии и в США? Но почему не произошло в Японии, вплоть до прибытия черных кораблей коммодора Перри? Почему так и не произошло в России, где попытка совершить революцию окончилась построением жуткого рабовладельческого государства? И почему нынешняя российская оппозиция не может ничего добиться?

Михаил Пожарский
Общество
Россию надо начинать заново?

Россию надо начинать заново?

История России и жизнь в России — это какой-то тяжкий кошмарный сон: липкий, нервный и бесконечный. Для живущего в России надежда — самая подлая материя, самая! Она всегда обманывает. В каком веке ни проснешься: дословно одни и те же речи — ибо одни и те же проблемы

Евгений Понасенков