Злоба дня

Богатство Китая Россией прирастать будет

Богатство Китая Россией прирастать будет

Визит Путина в Китай трудно назвать триумфальным, как нас пытаются убедить. Однако он, без сомнения, знаковый. Де-юре закреплен евразийский уклон России, наметившийся, впрочем, не вчера. События вокруг Украины, ухудшение отношений с Западом — это скорее фон азиопской тенденции, проявлявшейся все отчетливей с каждым годом правления Путина. Этот «тренд» витал не только в воспаленных умах национал-патриотических мыслителей и публицистов, но и во властных кругах.

В центре более чем сорока подписанных двусторонних соглашений между РФ и КНР стоят, разумеется, контракты в энергетической сфере. Китайцы на протяжении ряда лет отказывались подписывать какие-либо документы на условиях Газпрома — их не устраивала цена. Теперь же, когда Запад декларирует готовность отказаться от российского газа, Кремль также решил идти до конца, невзирая на возможные издержки. «Сделка больше чем жизнь» — это про путинский вояж в Поднебесную. Неподписание газового контракта в Пекине означало бы в нынешних условиях только одно — Запад получал карт-бланш в одностороннем давлении на президента РФ и его окружение.

Курс на Восток

Необходимость постепенного уменьшения зависимости России от европейского рынка сбыта энергоресурсов была озвучена Путиным еще в 2003 году, когда увидела свет «Энергетическая стратегия России до 2020 года». С тех пор Кремль последовательно ищет пути для тесного взаимодействия с восточными соседями (в первую очередь с Китаем, в меньшей степени с Индией и Японией) в области экспорта углеводородов. Помимо политической составляющей (вожделенный союз с КНР против США) есть и объективные причины, в основном связанные с растущими потребностями Китая в углеводородах (нефть, в основном).

Переломным моментом в азиатской энергостратегии можно считать визит Путина в Поднебесную в марте 2006 года. В ходе поездки впервые была озвучена идея сооружения российско-китайского газопровода «Алтай», а также новый импульс получил мегапроект нефтепровода ВСТО (Восточная Сибирь-Тихий океан), ранее, казалось бы, отложенный до лучших времен.

Затем, в октябре 2008 года, Минэкономразвития подготовил проект «Основных направлений внешнеэкономической политики России на период до 2020 года». Документ ставил задачей агрессивное проникновение отечественного бизнеса на мировые рынки. В нем также предусматривалась переориентация во внешней торговле с государств Евросоюза на Индию и Китай.

Любопытно, что проект попал в прессу в результате утечки информации. Высокопоставленный чиновник из Минэкономразвития на встрече с журналистами признался, что подготовленный документ носит секретный характер, и правительство будет рассматривать его за закрытыми дверями.

По мнению генерального директора Фонда национальной энергетической стратегии Константина Симонова, высказанному еще в 2008 году,

если мыслить стратегически, то Россия должна присутствовать на всех крупнейших энергетических рынках. Но тактически (в перспективе 5-10 лет) нам все же предстоит выбирать — Азия или Европа? Поэтому вполне реальной может оказаться ситуация, когда трубопроводные маршруты, созданные для поставок нефти и газа в Юго-Восточную Азию, придется заполнять сырьем, изымаемым из западных экспортных потоков... Многие рассматривают строительство нефте- и газопроводов в страны Азии как возможность для расширения географии экспорта. Но в реальности мы имеем дело с созданием альтернативного маршрута поставок, который может привести не к диверсификации, а к перенаправлению экспортных потоков. Увеличив поставки своих ресурсов в Китай, Россия неизбежно спровоцирует их дефицит на европейских рынках.

Примерно в том же духе высказался Симонов в 2009 году и в отношении нефтяного контракта по ВСТО:

Фактически эта сделка означает постепенный уход России с европейского рынка. Что бы там ни говорила наша великая стратегия, страна вступила в фазу пика добычи. Серьезного ее роста в ближайшие 25 лет ожидать, к сожалению, не приходится. Все эти миллионы тонн придется снимать с европейского направления экспорта, что означает постепенную переориентацию нашей энергетической политики и политическую перенастройку на Китай.

Параллельные центры силы

Само собой, что просто «экономический» аспект Кремлю не интересен. В его планах союз с Китаем призван оформить крах однополярного мира и вывод России в статус мировых супердержав, а лично Путина в статус мировых супер-лидеров. В отличие от советских времен, у РФ нет мощных сателлитов по типу стран Варшавского договора, а сильный союзник в борьбе с Западом необходим. Им может быть только Китай.

Здесь самое время вспомнить саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), состоявшийся в 2012 году, когда отношения между РФ и Западом уже заметно обострились. Накануне мероприятия Путин выступил в ведущем китайском издании «Жэнминь Жибао» с программной статьей.

Кроме прочего, российский нацлидер поделился с читателями «Жэньминь Жибао» сокровенным:

Опыт ШОС подсказывает интересные, весьма перспективные и многообещающие решения для всего мирового сообщества. Имею в виду выработку общих, устраивающих всех подходов, что называется, «снизу». Сначала — внутри отдельных региональных структур, а затем — путем диалога между ними. Из таких региональных «кирпичиков» может сложиться более устойчивый, предсказуемый характер глобальной политики и экономики.
На наш взгляд, будущее международных отношений в значительной степени связано с развитием именно такой «сетевой дипломатии». Эту тенденцию прозорливо уловили государства-члены ШОС, выступив в 2004 году с инициативой формирования в АТР разветвленной партнерской сети многосторонних объединений. Сегодня ШОС энергично наращивает сотрудничество с ООН, СНГ, ОДКБ, ЕврАзЭС, АСЕАН, ЭСКАТО и другими международными структурами.

Другими словами, Путин видит цель своего «кирпичика» (в образе Евразийского союза) и других региональных «кирпичиков» Азиатско-Тихоокеанского Региона в создании параллельных Западу центров силы. Этакая «сетевая дипломатия» авторитарных режимов, куда «третьим странам» в лице либеральных демократий вход будет заказан. В этой статье — вся идеология развитого путинизма в долгосрочной перспективе. Она подразумевает последовательное наращивание конфронтации с Западным миром, где дружбе с КНР отводится центральное место. До сих пор Пекин последовательно отклоняет подобный альянс, осознавая какими ужасами может обернуться эскалация НЕОхолодной войны. Китайская элита сегодня в гораздо большей степени уповает на собственные силы, «бонапартизм», наращивание мускулов за счет миграционной и торговой экспансии, где ассигнования на военные нужды скорее являются необходимым условием поддержания статуса «мировой державы», чем реальным инструментом международной политики. Не забываем также, что внутренняя стабильность КНР вызывает массу вопросов, а армия нередко используется как «стройбат».

Китай, безусловно, хочет мирового признания, но пока политические методы и предложения Кремля вызывают у Поднебесной вполне обоснованную настороженность. Тем не менее, Москва последовательно долбит китайскую стену, набиваясь к Пекину в политические и военные союзники, соблазняя азиатов перспективой «вместе победить Америку».

А Китай кушает и никого не слушает

Впрочем, отношения с Китаем на восточных рубежах подразумевают не только партнерство, но и соперничество. Издавна такой регион, как Центральная Азия считался сферой прямых интересов Москвы, как во внешнеполитических, так и экономических вопросах. Тем более удивительно было для Кремля осознать, что в данном регионе он уже доминирует не в гордом одиночестве. Китай пришел сюда неожиданно, но сразу стал претендовать на лидирующие позиции.

Первыми возможность создания энергетических проектов без участия Москвы озвучили и осуществили в Казахстане и Туркмении. В 2006 году начал функционировать казахско-китайский нефтепровод Атасу-Алашанькоу с пропускной способностью более 10 млн. тонн нефти в год. В 2009 году заработал газопровод Туркменистан-Узбекистан-Казахстан-Китай мощностью до 40 млрд. кубометров в год. Постоянно расширяется и внешнеторговое сотрудничество, хотя республики Центральной Азии не спешат окончательно открыть свои рынки для китайского импорта, разумно опасаясь не выдержать конкуренции. Но и в Таможенный союз пока что вступил только Казахстан, а с Кыргызстаном, Узбекистаном, Туркменией, Таджикистаном у Кремля постоянно возникают какие-то проблемы. Китай, в свою очередь, предпочитает работать на расстоянии, ограничиваясь экономическим сотрудничеством со странами ЦА.

Конечно, среднеазиатским государствам непросто. По сути, они оказались меж двух огней, их экономики нестабильны и находятся, преимущественно, в плачевном состоянии. Сохранить независимость будет крайне сложно. Но промежуточный выбор бывшие советские азиатские республики уже сделали, и состоялся он еще на саммите ШОС в августе 2008 года в Душанбе, аккурат после «пятидневной войны» с Грузией.

Отказавшись признать независимость Южной Осетии и Абхазии, центрально-азиатские республики тем самым негласно признали лидерство КНР в регионе. Видимо, восточный сосед представляется им более влиятельным и мощным покровителем, чем нестабильная Россия, тесно завязанная к тому же на европейских проблемах. Китай, в свою очередь, в ходе саммита подтвердил репутацию самостоятельного игрока в мировых процессах, далекого от желания открыто вмешиваться в запутанный узел европейских споров и конфликтов. Подтверждается эта репутация и сейчас — Пекин ведет свою игру, видимо, полагая, что из конфликта России и Запада можно извлечь различные дивиденды по максимуму. Центральноазиаты наблюдают и по-прежнему не рвутся в Евразийский союз.

Очевидно, что даже в случае тесной «энергетической дружбы» Китай не будет зависим от России — возможности для маневра у него весьма широки, основные поставки нефти в страну идут из Африки, арабского мира, Венесуэлы. Уголь и собственные месторождения газа заменяют импортное топливо. Проникновение же КНР в Среднюю Азию вообще снижает до минимума возможность каким-либо образом шантажировать китайцев. Китай, без сомнения, справится в одиночку, и, кстати, свои возможности по получению энергосырья «в обход России» он постоянно расширяет, чего Москва предпочитает упорно не замечать.

Поэтому у Кремля один выход, если он хочет КНР в союзники. Быть на вторых ролях и всячески умасливать китайцев, набиваться в друзья — в том числе раздавая территории, массово трудоустраивая китайских рабочих, строить чайна-тауны и главное — стать для китайцев надежным поставщиком относительно дешевых энергоресурсов, иначе «привязать» к себе Китай у РФ не получится.

Мы за ценой не постоим

Кстати, по поводу дешевых ресурсов. Российские СМИ преподнесли сделку между Газпромом и CNPC как громкую сенсацию, на деле же выгоды от контракта прослеживаются слабо. Опять все непрозрачно, в российском стиле. Эксперты гадают, высчитывают и приходят к выводам, что по самым оптимистическим прогнозам цена за тысячу кубометров составит 350 долларов, что ниже средней цены для европейских потребителей где-то на 30 долларов. Однако вряд ли мудрые и хитрые китайцы 10 лет торговались с Газпромом, чтобы в итоге покупать у русских газ дороже, чем у туркменов (300-320 долл. за тыс. кубометров). Не исключено, что прямые и стройные вычисления затруднены тем обстоятельством, что объем поставок может увеличиться, в чем заинтересован Китай. Тогда цена российского газа может упасть до 250-300 долл. за тыс. кубометров. Также странным выглядит заявление Кремля об обнулении НДПИ для компаний, которые будут работать на китайском энергонаправлении. Это значит, что основным выгодополучателем будет Газпром, а госбюджет нервно курит в сторонке. Такая ситуация возможна только при условии низкой рентабельности «эпохального» контракта. Вполне вероятно, что в дополнение китайцы получают и какие-то другие преференции — в виде вхождения в состав акционеров российских предприятий, в том числе ведущих. Например, голоса о возможном участии китайских партнеров в приватизации Роснефти звучат все активней. Уже подтверждено, что китайцы получат доступ к отечественным авиатехнологиям, даже несмотря на то, что ранее КНР прибегала к созданию нелицензионных копий российских самолетов.

Отдельный вопрос — в какую сумму выйдет путинский газовый договор с Поднебесной. Печальный и расточительный опыт уже имеется — за ВСТО кого-то сняли с должности, кого-то и посадили, а в итоге фактически «золотой» трубопровод заполняется в лучшем случае наполовину. Теперь газ для китайцев пойдет через «Силу Сибири», проект, который по оценкам аналитиков может достичь финансовых высот олимпиады в Сочи. Так, по словам экс-заместителя министра энергетики РФ Владимира Милова,

по части разбрасывания деньгами с нашей стороны китайская газовая сделка рискует побить все предыдущие рекорды — и Олимпиаду в Сочи, и саммит АТЭС, и предстоящее вливание денег в Крым. В прошлом году глава «Газпрома» Миллер озвучил фантастические цифры стоимости освоения Чаяндинского газового месторождения в Якутии и строительства газопровода «Сила Сибири» — $15млрд и $25 млрд соответственно... Возьму на себя смелость утверждать, что вся эта история с поставками Китаю якутского газа глубоко убыточна и на самом деле не только не принесет России выгод, а еще и обойдется в копеечку.

Сам Путин называет еще более астрономическую сумму затрат на проект — 70 млрд. долларов.

Ожидается, что «Сила Сибири» будет готова к эксплуатации к 2019-2020 гг. Как раз сообразно всем «стратегиям» геостратегического разворота в сторону Азии, которые планировало правительство в нулевые годы. Примерно в эти же сроки Европа планирует слезть с российской топливной иглы. Не исключено, что с этого момента наши исторические пути со Западом окончательно разойдутся.

16 329

Читайте также

Злоба дня
Звезда не взойдет, звезда отменяется

Звезда не взойдет, звезда отменяется

Путин умрет своей смертью. От старости. Лет через двадцать пять, а может и больше. В стране объявят траур, дней на десять. По телевизору отменят КВН. Люди будут плакать. Искренне. Не так, как плакали после смерти Брежнева: выборочно, не общенародно, понимая, что это как-то должно было закончиться. Плакать станут как после смерти Сталина или Ким Чен Ира. В честь Путина назовут город. Логично, если переименуют Севастополь.

Кирилл Щелков
Общество
Да не Гитлер он, а Сталин!

Да не Гитлер он, а Сталин!

Хватит внушать Путину, что он Гитлер. В мире немало достойных людей, с которыми его можно сравнить. Да почему в мире? В той же России. Россия самодостаточна, ей мир не нужен.
Что все прицепились к этому Гитлеру?
Это уже неоригинально. И не совсем точно. Да, захват Крыма похож на Судеты. Олимпиада на Олимпиаду. И все. Ну лицами может Владимир и Адольф в чем-то схожи. Рост одинаковый.
А в остальном — не похожи. Антиподы они.

Кирилл Щелков
Экономика
Грядёт великая азиатская депрессия

Грядёт великая азиатская депрессия

Ценовые войны с нефтью — это не единственная проблема, которая грозит миру. Возможно, гораздо хуже будут ценовые войны азиатских стран, вызывающие всеобщую дефляцию, экономическую депрессию и долгие годы снижения уровня жизни.
Те процессы, которые породили в начале XX века Великую Депрессию и которые распространились на многие страны Европы, теперь грозят азиатским развивающимся экономикам.

Александр Купцикевич