Общество

Мысли в Рождество

Мысли в Рождество
Церковь Петра и Павла в Кожевниках, Новгород, 15 в.

Как известно, незадолго до Нового года патриарх Кирилл (Гундяев) наградил церковными орденами гендиректора ВГТРК Олега Добродеева и гендиректора агентства «Россия сегодня» Дмитрия Киселёва. Этот знаковый жест МП в отношении столь, мягко говоря, одиозных политических фигур, эдаких «сталинских маршалов» официозно-пропагандистской войны, лишний раз говорит о том, что РПЦ, как и прежде, остаётся структурной частью Системы, находясь на исключительном положении «табельной», по сути, государственной церкви.

А спустя два дня после вручения сих высоких наград, в день западного Рождества, пришла весть о кончине Глеба Якунина — известного диссидента и священника, отлучённого от РПЦ за свою политическую и религиозную позицию. Напомню, ещё в 60-70-е годы Глеб Якунин героически выступал в защиту прав верующих и за канонизацию православных мучеников, пострадавших от коммунистического террора. В 90-е отец Глеб много сделал для разоблачения связей высших иерархов РПЦ с КГБ. С начала нулевых годов отец Глеб принадлежал к Апостольской православной церкви (АПЦ) — альтернативной юрисдикции, созданной на основе антисоветской Катакомбной церкви. Вот эта, последняя страница жизни священника Глеба Якунина, и подтолкнула меня к размышлениям.

Нынешнее доминирующее положение РПЦ МП и её монополия на православие в России неприемлемы — прежде всего, с точки зрения действующей конституции. Кроме того, доминирование РПЦ весьма сомнительно и с точки зрения несистемных православных, считающих, что Сталин создал, по сути, новую, советскую церковь, не имеющую никакого исключительного права представлять русское православие (на этой позиции стоял, в частности, и отец Глеб Якунин, считавший РПЦ замкнутой «тоталитарной сектой», всегда «ревностно служившей антирелигиозному тоталитарному государству»).

Как бы то ни было, и вправду давно пора ликвидировать монополию Московской патриархии на православие в России, уравняв РПЦ с другими российскими православными деноминациями — как существующими (и, кстати, притесняемыми) так и новообразованными. Пора поднимать вопрос о православной многоцерковности в России.

Альтернативное православие могло бы начать Реформацию и решить (и, кстати, уже решает) давно назревшие вопросы, которые ставятся очень давно, ещё с самого начала прошлого века, но товарищ Сталин их надолго «заморозил» своим «византизмом».

В очередной раз обозначу эти вопросы.

1. Выборность духовенства на всех уровнях. Как в изначальной церкви (и не только в изначальной: напомню, что в древнем Новгороде архиепископ избирался народом).

2. Женатый епископат (по желанию, кто хочет пусть монашествует). Нынешнее безбрачие епископата — довольно позднее установление и не является догматом. Кстати, в Апостольской православной церкви, к которой принадлежал покойный о. Глеб Якунин, уже есть женатый епископ.

3. Полный или частичный переход на русский язык в богослужениях (по усмотрению приходов). Изменения в богослужении: например, открытое чтение тайных молитв. Возможно, сокращение времени богослужений и сроков постов.

4. Ситуативное (временное) монашество. Этот пункт мне подсказал известный религиовед Роман Багдасаров.

5. Реформа календаря. Всё-таки пора отмечать Рождество вместе со всем христианским миром. Впрочем, если кто-то хочет праздновать 7-го января — пожалуйста.

Конечно, православная Реформация тесно связана с освободительной политической борьбой за торжество конституционных принципов демократии, федерализма и светскости (подчеркну, только в условиях светского правового государства может сегодня развиваться нормальная религиозная жизнь, особенно — христианская). Существующему режиму Реформация не нужна. Ему нужна именно и только РПЦ в её нынешнем качестве — в качестве имперской «духовной скрепы» и подпорки Системы. Нужна ли Реформация самим православным? Не знаю. Судя по массовым настроениям, утвердившимся в минувшем году, нашему большинству потребны именно такое государство и такая церковь, молящаяся за тиранию и агрессию. Впрочем, в таких условиях истинным христианам не привыкать быть в меньшинстве.

Конечно, одно из необходимых условий возникновения действительно альтернативного православия — освобождение русского православного сознания от имперско-монархической заданности, свойственной РПЦ МП. Православие, как показывают примеры Великого Новгорода, Пскова, казачества, совсем необязательно — царизм и империя. Православный Новгород был республикой, а также органичной частью Ганзы и Северной Европы, на что указывал ещё Георгий Федотов. В его работе «Республика Святой Софии» (1950, Нью-Йорк), посвящённой православной демократии Новгорода, читаем:

Москва стала преемницей одновременно и Византии и Золотой Орды, и самодержавие царей не только политическим фактом, но и религиозной доктриной, для многих почти догматом. Но когда история покончила с этим фактом, пора вспомнить о существовании иного крупного факта и иной доктрины в том же самом русском православии. В этой традиции могут почерпать свое вдохновение православные сторонники демократической России.

Роман Багдасаров справедливо отмечает, что образ Христа как царя (вдохновивший монархизм византийско-московского типа) имеет чисто историческую обусловленность, и сегодня уже утратил всякую актуальность. Р. Багдасаров пишет:

При императоре Константине Государство и Церковь соединились, дав жизнь общеобязательной иконе помазанника Божия; царство кесаря стало исходником для иконографии Царства Божия. Одежды аристократов IV-V веков легли на плечи ангелов, устройство Церкви осмыслено как воинская субординация... Власть это далеко не основной атрибут Христа, «царь» — не главное из его имён, иерархия — лишь одна из характеристик церковной структуры... Эпоха единоличных «помазанников» агонизирует весь XX век; современным людям нужны другие исходники для священных образов.

Р. Багдасаров констатирует:

СПАС больше не проекция власти с её безумной жаждой контроля.
Это Утешитель, принимающий любое зло, чем бы оно ни было, ибо зло всегда через человека.
Спаситель же искупает всех.

С Рождеством!

13 188

Читайте также

Общество
Православие умирает

Православие умирает

В том его виде, в котором оно существует сейчас, ортодоксальное русское христианство явно не жилец. Спасти его может только раскол.

Александр Никонов
Общество
Двойное гражданство украинской церкви

Двойное гражданство украинской церкви

Церковная карта оказалась точнее политической: она показывала, что же Россия реально считает своей территорией. Теперь все карты раскрыты. Но Небесная сотня, наверное, не только на земле сделала переворот, и украинское православие не будет прежним.

Роман и Дарья Нуриевы
Культура
242 слезинки ребёнка

242 слезинки ребёнка

Неверующий испанец Абель Аскона 242 раза сходил на мессу и бережно сохранил с каждой из них по облатке. Из плоских, как фишки, белых хлебцов художник пытался выложить слово «вечность», но получилось — «педерастия». Дон Абель решил, что это годный перформанс, обрадовался и твитнул.
Испанский город Памплона встретил нынешний Адвент на коленях. Сотни горожан молились перед зданием, в котором открылась выставка современного искусства. Они не могут смириться с тем, что где-то там, внутри, висит фотография с несъеденными облатками.

Роман и Дарья Нуриевы