Культура

«14+»: просто милота, а вовсе не социальная бомба

«14+»: просто милота, а вовсе не социальная бомба

8 октября на экраны российских кинотеатров вышла подростковая мелодрама «14+». Российской премьере фильма предшествовал лимитированный промо-скандал. Депутат Виталий Милонов (многие не могут слышать его фамилию без смеха, что неудивительно) призвал, не много не мало, посадить в тюрьму создателей фильма. Депутат усмотрел в этом кино растление детей. Его порыв поддержали наши доморощенные фундаменталисты: некий Карен Аванесян создал в интернете петицию с требованием запретить показ фильма. «Этот фильм, несёт в себе пропаганду, алкоголя, педофилии и растление несовершеннолетних детей! Которое спонсировало, Мин. Культуры!» — возмущается товарищ Аванесян (самобытная орфография и нетривиальная пунктуация взяты из оригинального документа без изменений).

Выступления мракобесов имели единственное следствие: рост общего интереса к фильму. «14+» почтили своим вниманием и трепетные поклонницы жанра, и те, кто в принципе не ходит в кино на мелодрамы — даже под обещание «а потом поедем к тебе на всю ночь». Так что «отец Пигидий» вправе потребовать плату за PR: у него неплохо получается. Тем более что фильм «14+» совсем не похож на художественный манифест адских педофилов, каким его изображали борцы за нравственность.

Конечно, если кто-то всерьёз ожидал увидеть трэш, угар и потрясение основ, то его остаётся только пожалеть: нельзя в наше время быть до такой степени наивными. Ясно же — фильм, который способен вызвать у населения неправильные мысли, не дойдёт до широкого экрана. Да и вряд ли такой фильм будет снят в России на деньги Министерства культуры.

«14+» ни к чему опасному не призывает и не ломает духовные скрепы. Сюжет не блещет остротой и закрученной интригой. Главный герой (Глеб Калюжный) — самый обычный подросток с самым распространённым в России именем Лёха. Он живёт с мамой (Ольга Озоллапиня) в типовой многоэтажке где-то на периферии Москвы: ряд маркеров указывает на то, что действие происходит именно в столице. Отец жив, но мама давным-давно с ним развелась (кажется, такое частенько случается в православной Российской стране), и сейчас она то приводит случайных «дядь», то попивает с подружкой. Лёха с приятелями безмятежно идиотничают после уроков — да и на уроках тоже. Он влюбляется в Вику (Ульяна Васькович), девчонку из соседней школы. Положение осложняется тем, что между двумя их школами — ритуальная «война», и первая попытка Лёхи сблизиться с предметом своего воздыхания заканчивается фонарём под глазом от первого хулигана из команды чужаков. Кажется, что большая и чистая любовь пошла прахом, но тут внезапно выясняется, что Вика тоже к нему неравнодушна...

У «14+» есть определённые достоинства. Создатели фильма честно попытались показать «мир глазами подростка», и им это в какой-то мере удалось. Без умиления, сюсюканья и розовых соплей, но равным образом — без чернухи и нагнетательства. Получилось местами весьма достоверно. Юнцы изо всех сил самоутверждаются: алкоголь, драки, секс — всё это так или иначе призвано повысить статус. В то же время, мир взрослых, куда они так стремятся, остаётся для них враждебным и чуждым. Взрослые, с которыми они контактируют, в той или иной мере стигматизированы (а некоторые и вовсе — конченные уроды). Чего стоят одни учителя — истеричная математичка и пьянчуга-литератор!

Все эти инициатические драмы и любовные страдания происходят среди бесконечных и безликих панелек. Создатели фильма отказались от ставших традицией великодержавных панорамных обзоров исторического центра, бегающих по Москве-реке теплоходов и солнца, встающего над сталинскими высотками. А первый поцелуй Ромео и Джульетты XXI века происходит в трогательном соседстве с приёмником мусоропровода. Впрочем, не стоит искать здесь какой-то трагикомический пафос, символ и подтекст — достаточно вспомнить свои первые любовные похождения. Отнюдь не аркадские луга стали фоном для первых объятий и поцелуев у большинства читателей.

Тем не менее, не стоит пытаться лепить из «14+» социальный памфлет — наподобие того, каким стала в своё время «Маленькая Вера». В художественном смысле это была довольно слабая поделка: безбожно затянутая, одни только многозначительные панорамные обзоры способны довести современного избалованного зрителя до нервного срыва. Но в фильме Василия Пинчула впервые поднимались темы, которые советское кино тщательно обходило. Это массовая криминализация молодёжи, хулиганство и валютные махинации, конфликт поколений — а точнее, война поколений. Плюс нарастающее ощущение бессмысленности бытия и предчувствие катастрофы. Плюс позиция «женщина сверху», которая для многих стала самым настоящим откровением. Да, для духовно девственного советского зрителя это и в самом деле была бомба. Но «14+» не суждено повторить успех «Маленькой Веры», даже если создатели и надеялись влепить пощёчину общественному вкусу. Мы всё-таки совсем недолго живём в условиях господства духовных скреп, а ещё недавно жили в почти нормальной стране. Да, у нас уже сажают за тверк (пока что не на кол, а просто на сутки), а православные ваххабиты ломают «сатанинские» барельефы и истерят на «богохульных» выставках. Но всё же новодельный российский фундаментализм — гибрид совкового ханжества и православно-исламского мракобесия — ещё не успел накрыть совиными крылами даже одно поколение. Мы все отлично помним и Гай Германику, и «Дом-2», и группу «T.a.t.u.», представляющую Россию на Eurovision. Так что у современного российского телезрителя юные сиськи Ульяны Васькович шока не вызовут.

Кстати, в фильме есть по-настоящему драматичная, можно сказать — трагичная сцена. Это эпизод, где Лёхина мама разражается слезами, узрев кровиночку дремлющим в обнимку с девчонкой после любовных утех. Она смотрит на детские фотографии сына и понимает — мальчик вырос и «стал мужчиной». Но сексуальная инициация сына лишний раз напоминает ей, что сама-то она давно уже играет не в основном составе и не в первой лиге...

А в общем и целом, «14+» — это нормальная подростковая мелодрама. «Милодрама». Её мессиджи адресованы очень конкретной целевой аудитории, а вовсе не «обществу». Они просты и позитивны: даже если ты, чувак, не самый крутой мачо на районе, Она всё равно будет твоя. Если, конечно, Она тебя действительно любит, а у тебя есть хоть капля обаяния, и если ты не совсем размазня. Ну, а для женской части ЦА послание заключается в том, что на альфачах свет клином не сошёлся, простой и ничем вроде бы не выдающийся паренёк — далеко не худший вариант. Лет пять-семь назад подобное кино воспринимали бы именно в таком качестве. Просто милота, а вовсе не социальная бомба. Если вам нужна бомба — почитайте школьный учебник по химии, пока милоновы и мизулины не запретили эту богомерзкую науку.

19 889

Читайте также

Злоба дня
Эй, на «Титанике»!

Эй, на «Титанике»!

Если б вы знали, как надоело выступать в роли Кассандры, которую не слушают.
Нет, конечно, торжествующе восклицать «а что я говорил еще столько-то лет назад?!» — это тешит самолюбие (особенно когда сам, в отличие от троянского прототипа, находишься в безопасности), но это весьма слабое утешение, когда сбываются твои худшие прогнозы, и люди, которым ты сочувствуешь, страдают и гибнут. И даже тогда — не все, но многие — отказываются делать правильные выводы.

Юрий Нестеренко
Культура
От «ребят» до «казаков»

От «ребят» до «казаков»

Разница между Лениным и Сталиным всё-таки есть.
Вместо нудного анализа я покажу наглядную картинку. Точнее, эпизод в моём пересказе, пускай и вольном, но суть я передам. Так вот, пришёл как-то Сталин к Ленину. О чём-то долго и нудно спорили. В конце концов, когда Сталин ушёл, Ленин, вконец изнемогший в этом разговоре, долго смотрел на закрывшуюся дверь, а затем произнёс с какой-то безнадёжностью: «Азиат...».

Алексей Широпаев
Общество
Как Москва не увидела «великий парад Путина»

Как Москва не увидела «великий парад Путина»

Обычные граждане смогли увидеть лишь самолеты, которые уже летали над Москвой 5 и 7 мая. Стоя в давке вокруг баррикад из поливальной техники, которая оцепила центр Москвы на расстоянии в два километра, они пытались рассмотреть хоть что-то. На жаре, с детьми, они карабкались на крыши и столбы.
И на прошедшем празднике стал очевиден еще один результат третьего срока правления Путина — люди боятся говорить о чем они думают на камеру.

Дмитрий Флорин