Общество

О Мемориале русскому народу

О Мемориале русскому народу

Материал исторической серии «Великорусская история в сюжетах и фактах»

Прямо дороженька: насыпи узкие,

Столбики, рельсы, мосты.

А по бокам-то всё косточки русские...

Сколько их! Ванечка, знаешь ли ты?

Н.А. Некрасов. Железная дорога

В Великом Новгороде уже больше полутораста лет стоит знаменитый памятник «1000-летие России». На нём — фигуры известных монархов, полководцев, государственных деятелей... Но нету главного созидателя России, понесшего неисчислимые жертвы на это державное строительство, — народа.

Будет ли когда-нибудь создан памятник русскому народу?

Во многих городах России, связанных с градо- и судостроительными работами Петра I (Петербург, Архангельск, Воронеж), да и не только в них (Москва), стоят различного времени помпезные памятники «великому преобразователю». Он — строитель и Петербурга, и русского флота, и много чего ещё... Полноте! «Труд этот, Ваня, был страшно громаден, не по плечу одному!», как писал поэт, правда, по другому, однако близкому поводу. Великие имперские стройки возводились ценой жизней тысяч простых русских людей, насильственно на них сгоняемых.

«Едва ли найдётся в военной истории побоище, которое вывело бы из строя больше бойцов, чем сколько легло рабочих в Петербурге и Кронштадте. Пётр называл новую столицу своим „парадизом“, но она стала великим кладбищем для народа», — писал великий русский историк В.О. Ключевский. Возможно, он применил здесь чисто риторический приём, не зная в точности числа жертв. Раньше было принято оперировать цифрами от 30 000 до 100 000 погибших. Сейчас, наоборот, модно оспаривать огромную смертность среди строителей Петербурга. Доказывается, что умерло всего 6-8% рабочих, что было равно среднестатистической смертности того времени, а в абсолютных цифрах это составило примерно 13,5-18 тысяч строителей Петербурга за 15 лет.

Поражает, однако, то бездушие современных исследователей, с которым они относятся к смертям людей в прошлом (да и в настоящем), будь то единичные случаи или массовое явление. Да и разве при Петре I строился один лишь Петербург? И только ли в стройках разве дело? Подушная перепись 1724 года, в конце правления «преобразователя», не досчиталась одной четверти податного населения по сравнению с такой же ревизией 1708 года. Конечно, вряд ли это сокращение отражает физическую убыль населения. Большинство недоучтённых были «в бегах», прятались от государства с его фискальными командами. Но это означает, что они не могли нормально вести хозяйство, да и смертность среди такого оторванного от привычных занятий населения просто не могла не быть выше обычной. Во всяком случае, никакого прироста населения в России в то время явно не происходило, что также недвусмысленно указывает на рост смертности. И то, что петровские карательные экспедиции по взысканию недоимок разорили Россию «почище батыевых орд» (по выражению того же историка), вряд ли могло обойтись без кровавых жертв.

Общеизвестна Опричнина с её массовыми казнями, а также разорением Новгорода. Но Ивану Грозному, жертвы чьего террора составили в общей сложности не более 10 000, оказалось далеко до второго царя династии Романовых — Алексея Михайловича. В ходе подавления одного только Медного бунта (вызванного гиперинфляцией из-за выпуска государством медных денег по принудительному курсу) за несколько дней в одной Москве было «больше 7 тысяч человек, казнённых смертью по этому делу, и больше 15 тысяч, наказанных отсечением рук и ног, ссылкой, конфискацией имущества» (В.О. Ключевский). Проворовавшаяся российская власть от испуга за собственное существование в исступлении слепо рубила подданных направо и налево, пока сама не устала от этой мясорубки.

«Медный бунт. 1662», Э. Э. Лисснер (1874-1941)

И хоть выпуск фиктивных медных денег прекратился, но напоследок власть ещё раз донага ограбила народ. При обмене медных денег на серебряные казна давала за 1 медный рубль сначала 5 серебряных копеек, а потом и вовсе одну! Это при том, что рыночный курс медного рубля к серебряному был до бунта всё же 1:16. Это даже похлеще советских конфискационных обменов денег!

Прибавьте к «доблестному» пресечению Медного бунта такие деяния Алексея Михайловича, как подавление восстания Степана Разина (с неизбежными массовыми репрессиями против населения мятежных областей) и террор против раскольников, увенчавшийся 8-летней осадой и уничтожением Соловецкого монастыря вместе со всей его братией. Кстати, обычай старообрядцев добровольно сжигать себя в срубах при приближении воинских команд возник оттого, что при аресте они всё равно подлежали сожжению, согласно букве «Соборного уложения» Алексея Михайловича от 1649 года. И этого царя, устроившего русскому народу невиданную до сих пор кровавую и огненную баню, затмившую все ужасы Опричнины, придворные и церковные льстецы прозвали Тишайшим, с каковым прозвищем он и вошёл в историю.

«Соляной бунт на Красной площади», Э. Э. Лисснер (1874-1941)

Столетиями русский народ, его благосостояние приносились в жертву амбициям, да и просто алчности правителей России. «Государство пухло, народ хирел», — ещё один меткий афоризм Ключевского, точно выражающий многовековой характер российского державного строительства.

При этом почитанием в потомках этого народа продолжают пользоваться не его заступники, поднимавшиеся на борьбу против тирании, даже не выдающиеся национальные деятели наук и искусств, а те, кто возглавлял пирамиду страданий и мучений русского народа. Вспомните голосование на «Имя России» несколько лет назад. Кто был в топе? Столыпин (вешатель), Сталин (клейма негде ставить), тот же Пётр I, разумеется, ну и ряд других правителей и военачальников. Где-то на втором плане безнадёжно затесалось «наше всё» Пушкин. Даже Ломоносова мало кто называл. Победил же в итоге, как мы помним, Александр Невский, «прославившийся» тем, что силой заставил свободный Великий Новгород платить дань Орде.

Ну, а кто-нибудь называл в связи с этим голосованием таких легендарных, фольклорных вождей русского народа, как Степан Разин, Емельян Пугачёв? Или хотя бы таких эпических персонажей, запечатлевших силу и удаль именно русского народа — Илью Муромца или Василия Буслаева, например? Если и были, то единицы среди сотен тысяч. Голосование стало прямо-таки апофеозом сервильности среди потомков бывших крепостных.

«Утро стрелецкой казни», В. И. Суриков (1848-1916)

Я не жду, чтобы этот народ так скоро зауважал себя и свою память. Но это ему рано или поздно придётся сделать, если он хочет свободы и процветания, а не рабского пресмыкания.

Не будет также у этого народа подлинно национальной церкви до тех пор, пока она не начнёт поминать невинно умученных устроителей Земли Русской, «несть им числа, имена же их, Ты, Господи, веси», вместо того, чтобы ежедневно просить за убившую и убивающую их «богоспасаемую державу».

И Мемориал русскому народу должен стать одним из выражений обретения русским народом исторической памяти и исторического самосознания.

Идею такого увековечения национальной памяти необходимо выдвигать уже сейчас, несмотря на то, что тут явно просматриваются два подводных камня.

Первый — противники с радостью будут преподносить идею как признак якобы того, что её инициаторы намерены символически «похоронить русский народ».

Второй — власть может перехватить эту идею, установить такой памятник и тем самым «почтить память» и «выразить долг признательности» русскому народу. Народ расценит это как своего рода индульгенцию, после которой власти снова позволительно всё.

Поэтому сейчас пока можно только предлагать саму идею, а кого персонально представить в скульптурной композиции, должно решаться всенародным обсуждением и голосованием в свободных условиях. Наряду со Стенькой Разиным и Емелькой Пугачёвым, Иваном Болотниковым и Кондратием Булавиным, безымянными строителями Петербурга и жертвами новгородской резни 1570 года, в нём могут быть представлены персонажи более близкого времени. И тут кто-то будет против того, чтобы рядом с Александром Антоновым и моряками-кронштадтцами 1921 года красовался красный командарм казак Филипп Миронов, поднявший бунт против комиссаров, затем амнистированный и вновь воевавший, но сразу по окончании Гражданской войны убитый без суда по приказу Троцкого. Кто-то будет против того, чтобы на том же памятнике были генералы Пётр Краснов и Андрей Власов. Поэтому я за то, чтобы такие вопросы решались народным голосованием.

И понятно, что такой Мемориал может быть поставлен народом лишь после и в ознаменование своей победы, выразившейся в прекращении навсегда той многовековой национальной трагедии, что именуется «величием государства Российского».

Первый большой шаг к её прекращению был сделан 99 лет назад. 12 марта 1917 года был свергнут российский абсолютизм.

Революция, начатая почти столетие назад, только продолжается. Задача ныне живущих поколений — довести её до конца.

Пока же — с праздником годовщины начала национальной народной русской революции, господа!

11 676
Понравилась статья? Поддержите Руфабулу!

Читайте также

Общество
Заметки о перспективах России

Заметки о перспективах России

Геополитический формат империи схлопывается, имперский этнос либо полностью вымирает, либо растворяется в волнах «пришлых» людей, утрачивая экзистенциальное единство и имперскую идентичность. Она утрачивается в последнюю очередь, когда всё остальное уже утрачено. Описанный алгоритм повторялся в истории неоднократно, и именно его завершающую фазу мы сейчас и наблюдаем в России. Русские как имперский этнос переживает ускоренную депопуляцию, которая, помимо исчерпания имперского проекта как такового, стимулируется ещё одним специфическим обстоятельством...

Лука Радищев
Общество
Преодоление патриотизма

Преодоление патриотизма

Русский (он же государственный) патриотизм — вещь удивительно стойкая и при этом, как уже сказано, реакционная, поскольку зиждется на имперских ценностях, на имперской концепции истории, на представлении о России как империи. Русский патриотизм весь пронизан фантомными болями Российской империи и СССР. Его гримаса — гримаса ненависти и боли.

Алексей Широпаев
Злоба дня
Я — московский оккупант

Я — московский оккупант

Здравствуйте. Я — московский оккупант. Так сложилось исторически.

Игорь Кубанский