Последний русский герой

В годовщину слива ГКЧП по Фейсбуку разошлась фотография Бориса Николаевича с трогательной надписью: «Спасибо Деду за победу!».

Спасибо, само собой. Да только не первый год я задумываюсь: отчего та блестящая победа оказалась столь недолговечной? В чем была решающая, самая фатальная слабость созданной Ельциным политической системы?

Уж конечно, не в разгоне Верховного совета с последующей перезагрузкой властных структур. Хотя очень многие умные и достойные люди до сих пор именно осень 1993-го считают роковым переломом, обрушившим демократию. Им, возможно, по тем или иным причинам неохота вспоминать в подробностях, какие белые и пушистые заиньки олицетворяли у нас в тот момент «высшую форму народовластия».

Если б тогда одолела эта когорта, наш сегодняшний день просто наступил бы на два десятка лет раньше. Положим, давить бульдозерами еду не начали бы прямо с ходу. Но, например, «посылки Аллаха» в Чечню отправлялись бы исправно, причем независимо от каких-либо особенностей ее самоопределения. За пару месяцев до объявления войны президенту Руслан Хасбулатов поделился со странно горделивыми нотками в голосе: мол, из всех регионов РФ самый большой объем денежной эмиссии приходится на запросы мятежной территории. Ну и далее – везде.

...А спустя пару недель после первой из «путинских весен» случился важный разговор с коллегой по редакции, человеком мудрым и много повидавшим.

Нам хотелось разобраться: чего можно и чего не следует ожидать от новенького президента? В итоге оба согласились, что Путин, в сущности, типичная tabula rasa. Что бы там ни говорилось о его «зловещем» – на самом деле заурядном и заунывном – прошлом, о влиянии старых или новых друзей. Ни талантов политика, ни намека на собственную политическую волю он не проявил ни разу (даже вторая чеченская и все предварившие ее мерзости были актами скорей корпоративного, причем вовсе не обязательно чисто «чекистского» свойства).

И не он твердою рукой поведет страну к каким-то неизведанным горизонтам: наоборот, она будет обтесывать и вылепливать Путина по своему образу и подобию, в согласии с исконными нравами, с душевным и умственным запросом «ширнармасс».

Вот Ельцин – тот умел своей волей (увы, лишь до поры до времени) гнуть и ломать дурную инерцию истории. Когда нам в стотысячный раз принимаются рассказывать в истерических брызгах слюней и соплей, как предатель развалил великую державу и обездолил ее добрых жителей, а спаситель вернул смысл жизни, понимать это надо только так: первый президент России впервые за 70 лет отменил всенародную повинность без конца «ковать чего-то железного» с единственной целью уничтожить когда-нибудь проклятую Америку.

В здешней популяции двуногих безусловно доминирующий тип, ныне уже без малого заполонивший собой все какие есть социальные ниши, – «русско-советский человек с ампутированной душой». (Это не я такое определение для него изобрел, а видный коммунистический думак Геннадий Зюганов. Душу же, по его объяснениям, не сам совок отнял у себя, но, конечно, Ельцин с реформаторами. Точней, однако, не скажешь.)

Последний меж тем был одним из реликтов, крайне редко встречающихся в нашей нынешней действительности. Полнокровным, беспримесно русским характером со всеми присущими, ярчайше выраженными доблестями и пороками своей нации. Его сердцу, если чего недостало, так только лишь пары износившихся сосудов, но не любви к родине и не боли за нее.

Главное же, что помешало закрепить успех... Выписать каждому свободы, «сколько проглотят», вполне по плечу культурному герою такого полета. А вот наделить всех людей еще и разумом никому из смертных не дано.

Потому его – чужака-инородца, «Беню Эльцина» – и возненавидели орды куцых ампутантов, люто страдающих от своей ущербности.

А еще немного спустя, когда началась чеченская война, от Ельцина толпами побежала массовая интеллигенция. Резоны и мера правоты всех сторон в этом конфликте – вопрос особый; о нем в другой раз. Я-то считаю, что бойни всё же возможно было избежать: как-никак, у Дудаева запросы на «бакшиш за верность» явно были не в пример скромней, чем у нынешнего князя родных ущелий.

Правда, потом Борис Николаевич опомнился и дал добро на мирное строительство чего-то вроде «свободно ассоциированной территории». Пожалуй, как раз квазиамериканская модель могла бы стать оптимальным вариантом (в конце концов, и тот карибский остров – отнюдь не подарок для своей Большой земли, а справляются же как-то). Но оказалось, время безнадежно упущено.

Вместо этого российское государство и население начали свой стремительный путь под откос, к образцам третьего мира, где в каждой без малого стране правительственные войска десятилетиями – чаще всего без толку – борются с какими-нибудь герильями на окраинах. Убежден: именно это, как ничто другое, воспрепятствовало «вхождению в цивилизацию»; а все коррупционные скандалы суть лишь производная от основополагающего выбора.

Как и прискорбный факт, что первым в постсоветское время перед НАТО помахал для острастки ядерным чемоданчиком вовсе не Путин, но как раз предшественник – от обиды, что с ним не сочли нужным посоветоваться в балканском вопросе. Правда, сделано это было в куда более дипломатичной форме...

Президент, равнодушный к баблу, дворцам и яхтам, любил Россию, а она его – нет. Потому, одержав чудовищным усилием тела и духа очередную победу на выборах и едва оправившись кое-как от тяжкой болезни, Борис Николаевич окончательно погрузился в угрюмое пьянство и всё чаще шокировал публику своими выступлениями. Тоже, согласитесь, выбор с характерным этническим отливом.

И все-таки, почему своим преемником он решил назначить именно Путина?

Разговоры о смертельной опасности, от которой Семью якобы был в силах защитить один только подполковник КГБ, мне представляются несерьезными. Поскольку у истока всех политологических обзоров, кулуарных пересказов и прочих сведений касательно безальтернативного чекиста обнаруживается неизменно одна-единственная фигура. Несомненно, Борис Абрамович, сумев убедить и уболтать стольких солидных людей, проявил себя достойным сыном родного народа. Но в конечном итоге обернулся, увы, непоправимым шлимазлом.

В общем, сэкономили, что называется.

* * *

Совершенно русским по духу стал и «последний поклон» Бориса Николаевича: когда он, уходя в отставку, попросил у всей страны прощенья.

Представить в этой ситуации наследничка – не получается никак.

Временами мне казалось, будто этот выбор был сознательной расплатой Ельцина за всё ту же мучительную обиду на родное, отвергшее его. Дескать, не желали по-моему – дам нарочно вам такого, кто понравится. Такого же, как вы все. И дальше ликуйте себе на здоровье с улыбкой на губах! (В уме держа: от уха до уха).

Но нет, это не про русского начальника рода. Тут абрек какой-то получается: «И еще как отомстил!»

Наш большак, замучившись вконец от сыновьих распрей и козней, сказал бы прямо: не получается вместе – ступайте, живите своим умом, с кем вам любо. Зла на вас не держу, но и вы не вините меня, если очутитесь в яме.

Большинство крикунов и печальников не подумали внять доброму совету.

7901

Ещё от автора