Прививаемся от тоталитаризма книгой

Давно хочу открыть серию рекомендаций по книжной иммунизации постсоветского человека. Есть у нас литература, которая, будь она введена в школьный или общеуниверситетский курс в 1990-2000-х, сегодня обеспечила бы нам два-три поколения людей, устойчивых к любым формам тоталитаризма.

Если вы хотите исправить положение дел хотя бы в своей семье, следите за этими рекомендациями. В течение полугода, скажем, я буду время от времени советовать книги, которые привьют вашим детям и внукам устойчивость к самым распространенным штаммам тоталитарного вируса. Все книги по зубам любому в меру образованному обывателю. Не заумь, не редкая литература, не гамбургский счет. Это книги, которые за свою жизнь должен прочитать каждый. Желательно сделать это пораньше.

Итак, чтение на ближайшие полтора месяца:

1) Иван Бунин. «Окаянные дни». Достаточно известная книга. Показывает, как единственно верно должны отображаться в глазах культурного человека события, аналогичные тем, что происходили в России 100 лет назад. Взрослый человек должен понимать, что в мире есть очень много вещей, о которых может быть лишь одно единственно-верное мнение. Когда вы говорите людям, что они во всем должны сомневаться и на все иметь свое мнение, вы им льстите. И соблазняете на нехорошее дело. Ведь сто лет назад как раз и говорили, что убивать, резать, грабить, отбирать квартиры по ордерам, вспарывать брюхо лошадям императорских коннозаводчиков — плохо, но иногда можно, если это подкреплено мнением. Нам важна рефлексия Бунина, отражение в нем событий. Зеркало, если оно не кривое, дает единственное отражение. Какие могут быть варианты? Варианты только в комнате смеха;

2) Генерал Петр Врангель. «Записки». Сухо, отрывисто, некрасочно, но очень познавательно о том, чем такие события оборачиваются для масс, как масса, соблазнившись на какие-либо большевистские посылы, бросается в жернова. Врангель — солдафон, он в своих мемуарах не смог ничего облагородить, устрашить или преувеличить. Тем и ценен. Читаем, чтобы знать, чем для массы заканчивается ее выход на историческую сцену. Всегда! Особенно познавательно читать интересующимся крымским периодом белогвардейства;

3) Ортега-и-Гассет. «Восстание масс». «Человек и люди». И хотя о феномене массы, о механизмах принятия решений толпой написано и исследовано куда лучше и больше, чем у почтенного сеньора Хосе, именно он раньше и точнее предсказал, к чему приведет выведение массы на историческую сцену. Все, что мы сегодня имеем, это следствие того самого высвобождения массы, которая из своего хтонического подполья хлынула на авансцену. Читать обязательно, если хотите, чтобы ваш ребенок правильно понимал структуру сегодняшнего мира. Не путать с национал-демократом Ортегой. Я, если честно, так и не поняла, кто это. Какой-то колумнист, любитель мемов Станислав Яковлев. Все национал-демократы пишут под Ортегу. Модные товарищи с легким националистическим флером на полном серьезе считают, что «Восстание масс» написал Ортега-Яковлев;

4) Вениамин Каверин. «Эпилог». Вы помните «Два капитана»? А «Открытые окна»? Редкостная тягомотина, надо сказать. Каверин — блестящий мемуарист, эссеист. Без мемуаров Каверина нельзя в полной мере вообразить себе литературного процесса, окололитературной жизни России первой половины XX в. Читать у мемуариста Каверина нужно все. Но в рамках нашего прививочного календаря начинать следует с «Эпилога». Прекрасная, стройная, красивая книга о том, как литература выживает в эпоху тоталитаризма. И как не выживает. Каверин крайне честно рассказывает о том, как постепенно, день за днем, год за годом, литераторы закрывали глаза на усиливающуюся цензуру, переставали бороться друг за друга, уходили в страх, в ложь, в двойную-тройную жизнь. Вы знали, что автор «Двух капитанов» — энциклопедически образованный культуролог, лингвист, полиглот? В «Эпилоге» очень внятно написано, почему в эпоху сильной власти такие люди остаются для стороннего человека серыми и непримичательными;

5) Николай Никулин. «Воспоминания о войне». Тоже известная книга. Не Астафьев, а местами даже лучше. Никулин — искусствовед, человек сильной гуманистической культуры. Астафьев написал о войне как человек честный, а Никулин — как человек еще и образованный. Читать самим, дать читать детям. 18+;

6) Людмила Улицкая «Детство 45-53. А завтра будет счастье». Полифонический роман. Книга, написанная в жанре Алексиевич. И написанная, на мой взгляд, куда удачнее. Тонко, красиво, честно, горько, страшно — о детских воспоминаниях уже взрослых людей. Людей, росших на закате сталинских времен. Я бы и эту книгу обозначила как 18+. Потому что школьникам столько горя, сколько вместила в себя эта книга, не вдохнуть — они задохнутся.

7172

Ещё от автора