Функциональные дураки

Удивляюсь, сколь низка в России смертность. Ведь кругом же дураки! И как только они выживают?

После каждого своего более или менее резонансного текста я долго прихожу в себя. Почему? Да потому, что каждый раз я вижу одно и то же — как же много в России и за ее пределами наших, родных, советско-колхозных функциональных дураков. Это если сказать зло.

Если же говорить серьезно, то речь вот о чем. Для выживания в обществе XXI в. человек должен соответствовать минимальному уровню функциональной грамотности. Это значит, что он должен уметь читать, считать, распознавать и совершать простейшие логические операции в том объеме, который позволит ему выжить, а именно, позволит научиться переходить оживленную дорогу, пользоваться метро, выходить в интернет, ориентироваться в меню, разбираться в банковских предложениях, оплачивать коммунальные счета.

Так вот. Каждый раз, читая сотни и тысячи комментариев к своим колонкам, я  удивляюсь. Можно сказать, что эти люди функционально неграмотны, то есть не умеют выполнять простейшие интеллектуальные задания, то есть обладают минимумом интеллекта, то есть они дураки.

Под моим текстом «Полакомиться творожком» отметились дураки разных пород.

В первую очередь это люди, категорически не способные распознавать причинно-следственные, гипонимо-гиперонимические, обще-частные отношения. Грубо говоря, эти люди не могут сказать, тождественны ли утверждения: «бедняки покупают мясо раз в месяц» и «все, кто покупает мясо раз в месяц, бедняки»/ «бедняки называют мясо мяском“ и „все, кто называет мясо мяском, бедняки“. Я вас уверяю: подобные задания в тестах на интеллект и психоречевое развитие большинство взрослых не решает в 100-процентном объеме. Понимаете? Не решает! И  эти люди, которые потенциально не в состоянии решить простейшее задание, налетели на меня со своими типичными для дураков аргументами: „а вот я всегда говорю „мяско“ и я не беден“, „моя мама всю жизнь жила бедно, но слова „мяско“ не говорила“. Кроме того, дураки приводят кучу бессмысленных примеров: „а вы знаете, что „мяско“, „курочка“, „тортик“ говорят те, кто постоянно сидит на диете и редко „лакомится“ жирными продуктами?“, „а  я настолько богата, что за творогом езжу за 38 км от дома и называю его творожком“. Дорогие друзья, спешу огорчить — все, кто отметился подобными замечаниями — как минимум, имеют проблемы с головой. Не в фигуральном смысле, а в  психофизиологическом.

Еще больше, если верить психиатрам, проблем с головой у тех, кто не может отличить прямое значение слов от переносного, не понимает фразеологизмы, не способен разгадать метафоры. Еще детьми эти люди, услышав от учительницы, что кошки — хищники, обязательно возразят: „а вот моя кошка любит огурцы“. Когда, повзрослев, дураки прочитают, что французы любят вино, а немцы пиво, они непременно вспомнят встреченного ими француза, который любил как раз-таки пиво. Такие люди, столкнувшись с моим утверждением „бедняки называют мясо мяском“, приводят свои дурацкие аргументы. Например, «а вот я знаю человека, который зарабатывает полмиллиона в месяц, а говорит именно так». Эти люди абсолютно уверены, что, найдя одно исключение, они рушат все правило, поэтому они всегда требуют от тебя перечисления всех исключений, всех условий, всех возможностей, то есть, заикаясь про бедняков, говорящих «мяско», ты должен обязательно упомянуть, что так говорят и те, у кого слово «мяско» употребляли родители, что это слово встречается в разговоре с детьми, что мясо мяском называют заботливые хозяйки, что слово «мяско» может употребляться иронично, и так далее, и тому подобное.

Они всегда буквализируют смысл сказанного, поэтому способны адекватно воспринимать только безальтернативные утверждения. «Волга впадает в Каспийское море». И все! В связи с этим такие дураки не могут читать жанровые тексты, не воспринимают публицистику и, что самое интересное, не в состоянии оценить статистические или социологические исследования. Например, узнав из сообщения Росстата о том, что средняя цена на говядину за минувший месяц выросла на 8%, дурак обязательно возразит: «Неправда, в магазине у моего дома говядина не подорожала». Если Роструд заявляет о высокой безработице, дурак возражает: «И это неправда, в моем подъезде живут только работающие». Ежели социологи утверждают, что каждый третий россиянин раз в неделю ест пельмени, дурак кричит: «А вот это совсем наглая ложь: наша семья из четырех человек ест пельмени раз в десять дней!»

Остановитесь сейчас на минуту, оторвите глаза от монитора. Вспомните, сколько таких людей вы встречали хотя бы за последний месяц. Тьму? А теперь — внимание! Буквализация смысла любого высказывания — это один из симптомов... олигофрении. Вот и подсчитайте, сколько олигофренов живет, работает вокруг вас. Много? И, заметьте, некоторые из них занимают весьма высокое положение.

Знаете, я чуть не всплакнула, когда в очередной раз убедилась, что множество людей у нас совершенно не способны воспринимать не то, что публицистический, а вообще хоть сколько-нибудь сложный текст. Люди не улавливают связи между параллельными или последовательными — неважно — утверждениями, если их изложено больше двух. Люди не могут вернуться к незаконченному утверждению, если оно было разбито отступлением. Они не понимают, что такое публицистика, авторский текст, блог. Если они встречают авторскую колонку о мясе, то всерьез настроены получить из нее максимум о мясе информации: сорта, калорийность, уровень импортозамещения, потому что дураки в принципе не понимают, зачем же еще писать о мясе.

Они также не знают разницы между авторским текстом и редакционным, между профессиональной статьей и записью в дневнике. Это, впрочем, уже явление простой бытовой глупости. О том, что мир как минимум на одну пятую состоит из отъявленных глупцов, вам скажет любой блоггер или пользователь Фейсбука, у которого в профиле в качестве профессии указана журналистика. Что бы журналист ни написал, где бы ни написал, обязательно найдутся возмущенные: «надо же, а еще журналист», «видно, что журналист не провел предварительную работу», «не ожидал от журналиста такой поверхностной статьи». Конечно, статья поверхностна, конечно, журналист не провел предварительную исследовательскую работу, ведь он просто написал в Фейсбуке, что не ест мясо.

В череде глупцов обязательно встречаются глупцы от науки. Эти любят задавать наукообразные вопросы. «Почему не описана подробно методика сбора информации?» «Какова выборка ваших респондентов?» «Как ваши данные коррелируют со следующими цифрами?» И, наконец, финальное «В чем новизна вашего исследования для науки?» Вроде бы, человек и слова сложные знает, и вопросы у него сконструированы без ошибок, однако читаешь и понимаешь — перед тобой глупец. Даже дурак, пожалуй, ибо кому он вопросы задает? В моем случае — домохозяйке, пишущей в свой блог и свой дневник. Понятно, что только дурак будет искать результаты обстоятельных научных исследований в блоге домохозяйки, а не в библиотеке Института русского языка им. Виноградова.

Еще одна категория граждан, которая вгоняет в страх (конечно, ведь нам среди них жить), это внушаемые. Жертвы пропаганды. Только под одним моим текстом о языке бедности я нашла, на разных площадках, сотни три комментариев от людей с абсолютно деструктурированным сознанием. Например, человек читает в блоге домозяйки о том, что люди стали жить бедно, и делает следующие выводы: 1) Сразу видно, что текст проплачен пятой колонной из-за границы, 2) Понятно, что автор живет на Украине и работает на деньги Госдепа США, 3) Что только ни придумают украинцы, чтобы наврать про Россию, 4) Не дождетесь, враги, ни за какие деньги вам не очернить великую Россию и великого В.В. Путина, 5) Убирайтесь вон со своими гейропейскими ценностями.

Примеры приведены самые употребляемые, воспроизвожу по памяти. Раньше я думала, что такое может говорить только нанятый за небольшие деньги неумный человек (умный стоит дорого). Но нет, это пишут реальные люди. Заходишь к такому на страницу: 300 френдов, в Фейсбуке сидит с 2012 года, постит карикатуры на Порошенко вперемешку с рецептами пирогов. Спроси его, какой именно пятой колонне не жаль платить деньги домохозяйке и причем тут гейропейские ценности, если речь идет о питательной ценности мяса, он не ответит. Скажет лишь: все куплены, не дождетесь, убирайтесь, абыр... абыр... абырвалг!

Это очень страшно. Среди нас живут люди, которые именно по причине массированной артпропаганды скатились до уровня олигофрении. Пропаганда настолько измяла их, что какая-нибудь учительница из Твери не может забыть про запад и Украину, даже когда варит суп из обрези. Без шуток — она действительно не может забыть.

Страшно, что нам жить с этими людьми. Жить и знать, что новую власть будут выбирать они же. Не менее страшно в целом знать, сколько же в России внушаемых, легко поддающихся любым манипуляциям людей. Миллионы? Десятки миллионов? Почему они такие? Это цивилизационная проблема? А, может, вопрос качества генетического материала?

Страшно также, что люди в России совершенно не способны признать бедственность своего положения. Мне кажется, это черта конкретно русских — пыжиться, тужиться, но любой ценой скрыть свою бедность. Наш человек никогда не признается, что живет плохо, что зарабатывает мало, что «питается» скудно. Он скорее наберет кредитов, займет в сорока местах, но один раз закатит юбилейный банкет или свадьбу так, чтобы потом весь район вспоминал, как он шикует. И он никогда не пожмет руку тому, кто знает о его настоящем положении. «Мы бодры, веселы...» — это девиз русских, который они будут повторять, даже перейдя с куриных обрезков на хряпу. Для олигофренов делаю пометку — почти всех русских.

Другая черта наших людей — полное отсутствие стремления расти. Нет, даже так: одна из основных черт наших людей — уверенность в своем праве оставаться в собственном невежестве и невоспитанности. Мне кажется, сотни две человек написали мне: «Ну и что? А я часто говорю „кушать“, „мясечко“, „лакомиться“, „еврики“, „работодатель“. Говорю и буду говорить». Они даже не понимают, что такие заявления — сродни тому, чтобы признаться: дескать, а я люблю горячий чай, всегда им швыркаю и буду швыркать. Или же так: «А я всегда желаю незнакомым людям приятного аппетита и называю туалет сортиром. Ну и что?»

Да ничего! И швыркать можете, и «мясечко кушать», и в сортир после него сходить. Только зачем признаетесь в этом перед воспитанными людьми? Ах, вы не хуже всяких там бар и прочих аристократических недобитков? И профессоров не хуже? И даже не хуже писателей? Что ж, с этого и надо было начинать. Наш человек всегда уверен, что может встать вровень с любым, не прилагая при этом никаких усилий по части повышения личного образования и уровня культуры. Наш человек всегда будет подчеркивать свое нежелание говорить правильно, потому как иначе получится, что он, наследник красных матросов, хуже. А он нет, не хуже.

Страшно с такими людьми. Эти люди не доверяют никому, кто пишет об их жизни правду. Тяга пустить пыль в глаза и казаться благополучней, чем есть на самом деле, творит с нашими людьми чудовищное. Так, российский массовый человек не верит, что кто-то может взять и по своей воле, бесплатно, написать, что в России людям живется плохо. Если написал, значит: а) проплачен, б) дурак. Если пишет женщина, то добавляется вариант третий, он же главный — она несчастна. В понимании наших людей писать серьезные тексты на серьезные темы может только несчастная неудовлетворенная женщина. А уж если она пишет о бедности, о подлости россиян, об их глупости, значит, она глубоко несчастна. А если еще и начитана при этом, образована, знает языки, стало быть — дело совсем швах. Когда-то я написала о махинациях и тратах одного депутата. В ответ его жена заявила: «Анастасия, сразу видно, что у вас ни ребенка, ни кутенка — какие могут быть с вами разговоры?» Тема была подхвачена всем политическим истеблишментом города: действительно, какой может быть разговор, если о коррупции пишет баба?

Если вы не женщина-общественно-политический журналист или публицист, я даже не знаю, как объяснить вам, насколько общепринято в России мнение: «Нормальная баба, когда у нее все хорошо, не будет ТАКОЕ писать». Еще эта баба, согласно народным верованиям, никогда не будет учиться, ходить на митинги, интересоваться политикой. Люди, даже критически настроенные к власти, искренне уверены, что, например, у такой женщины, как я, нет ни дома, ни семьи, что живет такая женщина на полуфабрикатах, в грязи, среди гор несвежего белья и немытой посуды. Год назад я даже затеяла цикл задорных постов, где показывала, что держу сад, огород, сама пеку хлеб, выращиваю свеклу, делаю варенье, солю огурцы, занимаюсь рукоделием, готовлю каждый день полноценный завтрак, обед и ужин. Посты имели грандиозный успех. Почему? Если бы эти фотографии публиковала какая-нибудь учительница или менеджер по продаже спортивного питания, никто бы их и не заметил. А тут — надо же — собачка говорящща, то есть независимый журналист!

Страшно, да, жить среди таких людей? Правильно, бойтесь — этих людей очень много. Много тех, кто не способен связать в одно два утверждения, кто не разбирает причину и следствие, кто не понимает разницы между частным и общим, кто не может противостоять примитивным манипуляциям, кто никогда не признается в своих бедах и кто до сих пор считает, что женщина бывает только на кухне или она не женщина.

А теперь представьте, насколько их реально в России много, если даже в Фейсбуке таких полно. Они есть даже среди читателей прогрессивных журналов. А ведь, согласно исследованиям, самые развитые представители аудитории соцсетей сидят в Фейсбуке, что касается свободной общественно-политической прессы, то ее, если опять же верить социологам, читает элита общества.

Дневные комментаторы новостей и авторских колонок — это преимущественно люди с высшим образованием, неплохим достатком, офисной работой и щадящим графиком. Их образование и квалификация столь высоки, что позволяют им не работать физически и даже в офисе отвлекаться на личные интересы. У них, как правило, есть свое жилье, автомобиль, они имеют загранпаспорт, хотя бы раз в жизни выезжали за границу. И при этом они — дураки. Не все из них, но достаточно весомая часть не в состоянии решать простейшие задачи. Но ведь они работают, неплохо зарабатывают и даже руководят. Хотя, судя по тому, как они читают несложные тексты, эти люди нежизнеспособны. Как их еще не сбила машина? Почему они не погибли от удара током? Отчего не отдали все свое состояние мошенникам? Как они разбираются с банковскими картами, пополняют баланс телефона, настраивают спутниковое телевидение? Я не понимаю. Вероятно, современная жизнь настолько упростилась, что естественный отбор косит лишь самых глупых — а люди очень глупые и просто глупые стабильно выживают.

Впрочем, нужно отметить, что откровенных дураков среди моих читателей оказалось гораздо меньше, чем нормальных. Дураков отметилось несколько сотен, а высказались по делу, поделились текстом тысячи. Стало быть, меня читают неглупые люди. Это радует. Писать специально для дураков я бы никогда не стала.

15255

Ещё от автора